События, предшествующие бою

Бой

Участие других кораблей 1-й эскадры в событиях

Участие в бою береговых батарей

Действия 1-й эскадры после боя

Выводы

Примечания

Схемы

Оглавление

 

 

 

 

 

 

2.4. Бой

Тем временем японцы, зная, как они думали, все нужные сведения о дислокации и состоянии русской эскадры, начали боевое маневрирование. Время атаки порт-артурских кораблей было выбрано неслучайно: "…выгода условий стрельбы относительно освещения была целиком на его стороне…"[104]. Русским артиллеристам ничего не оставалось как стрелять против солнца.

На флагманском броненосце "Микаса" взвился сигнал: "В этом сражении лежит решительная победа или поражение; пусть каждый старается изо всех сил".

…Оба флота находились друг от друга на расстоянии 10 000 м (54,6 кбт - К.И.М.). Вдалеке на рейде виднелись смешанными в одну кучу броненосцы "Петропавловск", "Севастополь", "Полтава", "Пересвет", "Победа", "Цесаревич", "Ретвизан", крейсера "Баян", "Диана", "Аскольд", "Боярин", "Новик", "Паллада", "Ангара", а также канонерские лодки и эскадренные миноносцы.

Суда всех типов стояли вперемешку друг с другом. Адмирал Того, имея намерение вести бой правым бортом, подойдя на расстояние до неприятеля в 8500 м (46,4 кбт - К.И.М), изменил курс прямо на W и в то же время был произведен первый выстрел из носовой 12-дюймовой башни "Микаса". Было 11 час. 55 мин. утра (соответствует 11 час. на кораблях 1-й эскадры - К.И.М.). Выстрел "Микаса" повлек за собою огонь неприятеля. Неприятельские суда и некоторые батареи открыли совместный огонь по нашему флоту. Расстояние все уменьшалось. Следом за "Микаса" открыли огонь все суда 1-го боевого отряда. "Асахи" сосредоточил огонь на бр. "Пересвет", "Фудзи" и "Ясима" стреляли по "Баяну"; "Сикисима" стрелял в самую середину скучившихся неприятельских судов, а задний корабль "Хацусе" стрелял в ближайшее к нему судно. 2 и 3-й боевые отряды также, последовательно повернув влево, следовали за 1-м боевым отрядом, каждый своевременно открывая жестокий огонь. Большие снаряды частенько пролетали мимо и бороздили поверхность моря. Неприятель по-прежнему, не двигаясь, оставался на якоре. Только "Аскольд" и "Баян" медленно передвигались и стоявший на стороне "Новик" бросился вперед. Огонь с береговых батарей постепенно усиливался, батареи непрерывно стреляли из орудий крупного калибра и мортир в помощь эскадре… Наши снаряды, попавшие в неприятельские суда, взрывающиеся на берегу, падающие в воду, взаимно перемешиваясь, блистали, как молния. на некоторых неприятельских судах возникли пожары. В густых клубах дыма не видно было солнечного цвета. Понемногу падающие вблизи нас неприятельские снаряды также стали многочисленны… "Микаса" уже подходил к Ляотешаню, когда адмирал Того в 12 час. 20 мин., ввиду того, что расстояние до неприятеля слишком увеличилось, приказал изменить курс на восемь румбов влево и все суда последовательно повернули за флагманским судном. В это время часть неприятельских батарей, пользуясь нашим невыгодным положением во время поворота, с близкой дистанции осыпала нас снарядами разных калибров…"[105].

2-й боевой отряд, правя в кильватер 1-му, в 12 час. 7 мин. лег на боевой курс 270о, на котором находился до 12 час. 26 мин. Затем он повернул за броненосцами вице-адмирала Того.

Для 3-го боевого отряда бой начался в 12 час. 15 мин. и длился до 12 час. 37 мин., когда, следуя приказу командующего флотом, он выполнил поворот "все вдруг влево" на 90о и пошел курсом 180о. (Адмирал Того заметил, что концевые корабли кильватерной колонны оказались под сосредоточенным огнем русской эскадры. Поэтому он решил не рисковать и быстрее вывести их из боя.)

В 11 час. 50 мин. неприятельские броненосцы и крейсера спустили стеньговые флаги.

Вышеизложенное японское описание боя приведено совсем не для того, чтобы оттенить художественные достоинства официальной истории войны или насладиться неприятельским восприятием войны, а с целью противоположной: не быть излишне доверчивым к авторам, больше озабоченных не самим фактом, а тем, насколько красиво он будет выглядеть на бумаге. Поиски ключевых моментов среди официальных изданий истории русско-японской войны вскоре естественным путем заставят уделять внимание одним документам, а другие использовать в качестве элементарных справочников о времени, курсах, скоростях, составе участвующих сил.

Однако японская версия боя 27 января 1904 г. содержит в себе ряд важных сведений:

·          русская эскадра стояла на якоре в течение всего прохождения Соединенного флота на виду Порт-Артура;

·          свои корабли вице-адмирал Того поставил в невыгодное положение, приблизившись к береговым батареям;

·          расстояние до русских кораблей в конце боя слишком увеличилось.

Русский вариант боя, изложенный сугубо деловым стилем, основан на показаниях многочисленных и независимых очевидцев.

Крейсер, опознанный японцами как "Диана", был на деле посланным на разведку "Боярином". Наш корабль повернул назад и на отходе выпустил по неприятелю несколько снарядов из кормового 120-мм орудия. Одновременно на "Боярине" подняли сигнал "Вижу неприятеля в больших силах".

О появлении на горизонте японского флота с батареи № 7 сообщили на броненосец "Петропавловск".

Структура управления русской эскадры, что называется, "зависла" в неустойчивом положении. Морской устав, в котором каждому должностному лицу определены соответствующие права и обязанности, не предусматривал подобной жизненной ситуации: время принимать решение на бой, приступить к каким-то организующим действиям, а Начальник эскадры отсутствует. Интрига разворачивающихся событий грозила обернуться для соединения быстрым и безоговорочным уничтожением. Что не сумели сделать миноносцы ночью, довершат броненосцы и крейсера. Планы японского руководства были близки к исполнению. И в этом им помогло опрометчивое решение адмирала Е.И.Алексеева, враз обезглавившего эскадру!

Три статьи устава - 64, 66 и 110 - определяли возможные ситуации смены руководства:

·          "В случае смерти флагмана, не во время сражения, или тяжелой болезни, лишающей его возможности делать какие бы то ни было распоряжения или принуждающей съехать на берег, должность его переходит к старшему на эскадре флагману или начальнику штаба, смотря по старшинству, а если таковых не эскадре не будет, то к старшему из командиров или флаг-капитану, смотря по старшинству…" (ст. 64).

·          "В случае кратковременного отсутствия флагмана с эскадры, управляет оною, под его именем и под его флагом начальник штаба или флаг-капитан, хотя бы в эскадре были лица старше чином" (ст. 66).

·          "В случае смерти флагмана в бою или раны, лишающей его возможности распоряжаться, место его заступает на все время боя начальник штаба, оставаясь под флагом убитого флагмана… Если и начальник штаба убит, то, по условному сигналу, начальствование над эскадрою принимает старший из оставшихся начальствующих лиц, который или переезжает на корабль убитого флагмана, или же, в случае невозможности этого, поднимает у себя флаг убитого флагмана" (ст. 110).

Все вроде бы ясно: при живом вице-адмирале О.В.Старке из всех вариантов наиболее близок к рассматриваемому вопросу статья 66, а поскольку должности начальника штаба на эскадре не было, то флаг-капитан капитан 1 ранга А.А.Эбергардт должен вступить в командование.

Но не все так просто! Статья 66 предусматривает не боевую, а повседневную организацию. Зато статья 110, посвященная смене руководства в эскадре в бою, исключает из перечня лиц, которые могут принять управление, именно флаг-капитана. Согласно последним требованиям, начальство над эскадрой должно перейти к отсутствующей штатной единице - начальнику штаба.

Да и та часть устава, где говорится о правах флаг-капитана (это статья 171), напрочь исключает его из руководства эскадрой в бою: "Флаг-капитан исполняет все обязанности, возлагаемые на начальника штаба, за исключением изложенных в статье 110. В обстоятельствах, указанных в статьях 64 и 66, он временно заступает место флагмана".

Замкнутый, порочный круг! Положение не может изменить и наличие на эскадре Младшего флагмана контр-адмирала П.П.Ухтомского, поднявшего свой флаг на броненосце "Пересвет". Впрочем, про эту категорию начальников говорили следующее: "Младшие флагманы на эскадре, в силу существующего во флоте порядка, не играли никакой роли"[106]. Так ли это?

К сожалению, эти слова имеют под собой серьезную основу - морской устав.

Статья № 119 (глава четвертая "О младших флагманах в эскадре") и ему не дает утром 27 января никаких властных полномочий: "Флагман, состоящий в эскадре под начальством командующего ею флагмана, находится в полном ему подчинении; сам же начальствует только вверенною ему частью эскадры и отвечает за исправность ее и за исполнением на ней как морских постановлений, так и приказаний командующего флагмана".

Следующая статья № 127 расписывает единственную возможность, когда Младший флагман может стать во главе эскадры: "Если во время боя особым сигналом с корабля начальствующего флагмана будет дано знать об его смерти и смерти начальника штаба, согласно статье 110, то старший после него флагман вступает в командование всею эскадрою или переезжает на корабль умершего флагмана, или же, в случае невозможности исполнить это, перенеся на свой корабль флаг его".

Снова живой - но отсутствующий - вице-адмирал О.В.Старк пресекает любые попытки законным путем принять начальство над эскадрой и флаг-капитану капитану 1 ранга А.А.Эбергардту, и Младшему флагману контр-адмиралу П.П.Ухтомскому.

Положение - хуже не придумаешь! А в это время главные силы японского флота выходят на дистанцию стрельбы и готовы лечь на боевой курс.

Что эскадра не стала в конце концов скопищем неподвижных мишеней, нужно благодарить капитана 1 ранга А.А.Эбергардта. Если и были у него сомнения, то серьезность момента и решительность характера заставили враз отбросить все условности. (История умалчивает, как долго флаг-капитан перебирал все "за" и "против".) Прочувствовав неразрешимость возникшей проблемы командования, капитан 1 ранга А.А.Эбергардт не стал формалистом, забрасывая Наместника вопросами типа "что делать?", а взял всю ответственность на себя. (Но сколько людской энергии было потрачено на эскадре впустую, ушло на "административные" переживания!)

С флагманского броненосца "Петропавловск" в 10 час. 50 мин. был передан первый сигнал: "Крейсерам 1 ранга идти на подкрепление "Боярина". Затем крейсер "Новик" по семафору получил приказ: "Идти на подкрепление "Боярина", не удаляться из района действия крепости".

Крейсера немедленно начали съемку с якоря, но не успели начать движение, как на рейде появился "Боярин", идущий полным ходом. Возвращающийся из разведки корабль нес сигнал "Вижу неприятельскую эскадру из восьми кораблей".

В 11 часов, когда крейсера уже готовы были идти навстречу японцам, с русской эскадры увидели 15 кораблей, направляющихся к Порт-Артуру в строю кильватера.

С "Петропавловска" последовала череда сигналов: «Броненосцам сняться с якоря "всем вдруг"», «"Ангаре" сняться с якоря» (10 час. 55 мин.), "Миноносцам сняться с якоря".

Корабли, грузившие уголь, срочно отдали баржи, которые течением понесло в сторону берега.

В 11 час. 5 мин. А.А.Эбергардт сигналом "Броненосцам построиться в строй кильватера по "Севастополю", не соблюдая порядка номеров" начал формировать боевую линию. Можно предположить, что указанный броненосец должен был возглавить колонну, а эскадра намеревалась двигаться вдоль побережья курсом на восток.

Больше командовать флаг-капитану не дали. С Золотой горы на "Петропавловске" приняли семафор (11 час. 5 мин.) "Ожидать Начальника эскадры; с якоря не сниматься". Это распоряжение удивления не вызывает: не могли же адмиралы Е.И.Алексеев и О.В.Старк допустить, чтобы один деятельный капитан 1 ранга повел эскадру в бой. Случись такое, никакие оправдания о крайней необходимости совещания вблизи неприятеля не будут приняты Петербургом и страной.

В 11 час. 10 мин. на флагмане подняли сигнал "Броненосцам сняться с якоря "всем вдруг" отменяется", а в 11 час. 12 мин. - "Остаться на месте".

Теперь судьба эскадры зависела от того, успеет ли вице-адмирала О.В.Старк добраться до "Петропавловска" и сколько времени корабли будут иметь, чтобы перестроиться в боевой строй.

Существует неофициальное правило "Как приказание отдают, так его и выполняют". Не зная намерений Начальника эскадры, на кораблях исполнили последний сигнал в меру своего понимания: на "Полтаве" якорь оставили в положении панер (благо погода позволяла), на "Пересвете" ограничились разобщением шпиля, на "Победе" на якорь стали по всем правилам.

Первый выстрел неприятеля, застал эскадру именно в таком состоянии. На часах было 11 час. 7 мин. (расхождение с японским временем начала боя на семь минут в большую сторону).

В 11 час. 14 мин. катер вице-адмирала О.В.Старка подошел к борту "Петропавловска". Внешний и внутренний рейды Порт-Артура, город уже были вовсю забрасываемы снарядами противника.

Ближе всех к японцам находились крейсера, из них только "Баян" бронированный.

Русские броненосцы открыли ответный огонь. "Петропавловск", с адмиралом на борту, снялся с якоря и поднял сигнал "Следовать за мной", а крейсерам - "Не мешать стрелять, следовать за мной".

Крейсер "Аскольд", исполняя сигнал, повернул влево и полным ходом обошел броненосцы, чтобы, освободив главным силам дорогу в море, лечь им в кильватер.

Иным образом действовали "Баян" и "Новик".

Командир крейсера 2 ранга "Новик" капитан 2 ранга Н.О.Эссен[XIX] дал в машину приказание увеличить ход до 22 узлов, отвернул вправо и, не мешая эскадре вести огонь, …бросился на головной японский броненосец, стреляя из всех носовых орудий. Расчеты командира были сколь просты, столь и правильны: следуя таким курсом, крейсер представлял собой наименьшую цель, а большая скорость корабля служила добавочной гарантией частых промахов неприятеля. И главное - "Новик" не мешал 1-й эскадре маневрировать.

За все время боя крейсер успел дважды сблизиться с неприятелем (наименьшая дистанция была 15 кбт), не только отвлекая тем самым внимание вице-адмирала Того от руководства боем, но и находясь в позиции для применения самодвижущихся мин. "У страха глаза велики", - и в японском отчете о бое говорится, что "Новик" успел выпустить мину Уайтхеда, которая прошла под носом у крейсера "Ивате". На самом деле, наш крейсер собирался применить минное оружие, но пробоина помешала выполнить задуманное. Получив от принятых 120 т воды дифферент на корму, "Новик", не прекращая стрельбы, пошел к своему месту, где в 11 час. 45 мин. и бросил якорь.

Командир "Баяна" капитан 1 ранга Р.Н.Вирен[XX] тоже очень смело атаковал японский флот. Наш крейсер один раз сумел подойти к японской эскадре на 19 кбт, энергично обстреливая японцев из орудий левого борта. Первоначальной целью был броненосец "Микаса", затем, после поворота 1-го боевого отряда, - седьмой в строю корабль (броненосный крейсер "Идзумо"), в конце боя - концевой корабль (бронепалубный крейсер "Иосино").

С большим трудом, как доносил вице-адмирал О.В.Старк[XXI], лихие "Новик" и "Баян" были поставлены в общий строй эскадры.

…Маневрирование русских броненосцев было стеснено размерами рейда, почему первое время после съемки с якоря корабли шли малым ходом строем фронта на неприятеля, ведя огонь по врагу из носовых 12-дюймовых орудий. Так продолжалось минут десять, а в 11 час. 23 мин. "Петропавловск" повернул на восемь румбов влево. Через семь минут все броненосцы правили в кильватер флагману. Теперь неприятель находился в секторах обстрела орудий правого борта, чем артиллеристы не преминули воспользоваться, и эскадренный огонь усилился.

На новом боевом курсе эскадра двигалась в таком порядке: броненосцы "Петропавловск" (флаг Начальника эскадры вице-адмирала О.В.Старка), "Полтава", "Севастополь" (обошел "Победу" при повороте эскадры на 90о влево), "Победа", "Пересвет" (флаг Младшего флагмана контр-адмирала П.П.Ухтомского), крейсера "Аскольд", "Диана", "Баян" (занял свое место после поворота 1-го боевого отряда влево на курс 180о).

С 11 час. 30 мин. по японским кораблям начали стрелять и береговые батареи.

Обе эскадры разошлись на контркурсах правыми бортами; дистанции колебались от 35 до 24 кбт. Огонь велся в основном фугасными снарядами, затем некоторые корабли по мере уменьшения расстояния переходили и на бронебойные.

В подавляющем большинстве наши эскадра стреляла по броненосцу "Микаса", постепенно перенося залпы и на другие корабли.

Было отмечено, что японцы использовали только фугасные снаряды. Огонь велся неровно: частый вначале, а ближе к 11 час. 45 мин. темп стрельбы резко снизился. (Именно в этот момент 1-й боевой отряд вице-адмирала Того повернул курсом в открытое море.)

На мачте "Петропавловска" появился очередной сигнал "Адмирал изъявляет свое удовольствие", и 1-я эскадра начала последовательный поворот вправо. Возможно, флагман решил погнаться за неприятелем? Именно так подумали командиры броненосца "Полтава" и крейсера "Баян", поэтому, не дожидаясь формального распоряжения по эскадре, самостоятельно пошли за японцами, ведя огонь из носовых орудий. Однако адмирал заставил эти корабли возвратиться и занять свои места в строю. (Крейсеру "Баян" пришлось повторять дважды: в 12 час. и 12 час. 20 мин.)

В 11 час. 50 мин. 1-я эскадра повернула на обратный курс 270о. Противник уже был недосягаем для орудий. Бой на этом прекратился. На броненосце "Петропавловске" появилось новое флажное сочетание: "Сомкнуться, соблюдать расстояние. Иметь 10 узлов ходу".

Вице-адмирал О.В.Старк обосновал свой маневр так[XXII]: "Хотя линия неприятельского флота была сильно растянута, чем, при других обстоятельствах, можно было бы воспользоваться для сближения к ним и атаки его концевых кораблей, - в данном случае этого сделать не представлялось возможным, так как, во-первых, если бы неприятель продолжал идти тем же строем, то сближение с ним лишило бы эскадру поддержки береговых батарей и этим дало бы громадный перевес неприятелю; во-вторых, для сближения с его концевыми кораблями, пришлось бы затратить около 20 минут (если даже они имели самый малый ход), то есть время, достаточное для оказания поддержки головными неприятельской колонны. Кроме того, перед концом боя, когда кильватерный строй неприятеля растянулся вследствие полученных, вероятно, им повреждений, он прекратил бой и повернул в строй фронта, удаляясь от эскадры и батарей. Погоня при этих обстоятельствах и при силе противника в два раза большей, по числу пушек, не считая его преимуществ в бронировании, едва ли могла привести к благоприятным результатам.

На мне лежала обязанность, не поддаваясь соблазну преследования сильнейшего противника, сохранить в целости броненосную эскадру и с надеждою на возвращение в ее состав броненосцев "Цесаревич" и "Ретвизан", в характере и размере повреждений которых я не имел еще сведений, - не рисковать в самом начале войны новым выводом из строя боевого судна под Артуром, не имеющим для него дока. Надлежало также помнить, что легкие и немногочисленные крейсера наши участвовали в эскадренном бое с броненосцами - в силу необходимости и не допустить дальнейшего и более серьезного их повреждения. При таких условиях, продолжение боя с 12 неприятельскими броненосцами и преследование их в море нашими пятью, без пользы делу, могло отвечать лишь желаниям противника, придерживающегося, в соотношении сил, противоположной тактики…"[107].

В 11 час. 55 мин. Начальник эскадры распорядился, чтобы крейсер "Боярин" атаковал появившиеся на горизонте неизвестное судно, сопровождаемое миноносцем. Скоро выяснилось, кто это мог быть: портовое судно "Силач" и минный крейсер "Всадник" возвращались из бухты Торнтон (в 95 милях от Артура; там оборудовалась пристань и угольные склады для миноносцев). На пришедших кораблях не знали, что уже как 12 часов идет война.

В 12 час. 15 мин. одной вахте разрешено обедать. Оставаясь в зоне действия береговых батарей эскадра начала движение на рейд Порт-Артура.

Наиболее существенные факты боя главных сил русской и японской эскадр 27 января кратко изложены. Без излишних подробностей и вычурности слога.

Теперь остается ответить на вопрос, имела ли 1-я эскадра возможность не только обороняться, но и атаковать японский флот. Если да, то что нужно было сделать. Ведь ситуация, сложившаяся между обеими эскадрами, оценивалась некоторыми портартурцами как благоприятная для нападения на неприятели и его преследования. Хотя неравенство сил было очевидным и по приказу Наместника эскадре следовало маневрировать в пределах огня береговых батарей, результаты таких активных действий, в случае успеха, могли дать большие выгоды.

"Дело в том, что японский флот проходил мимо Артура в одной кильватерной колонне, причем легкие корабли шли в хвосте этой колонны. Когда броненосцы уже прошли Артур, слабые сравнительно крейсера находились еще полностью в сфере огня нашей эскадры и батарей, и будь у начальников наших больше энергии и боевой сообразительности, можно бы было произвести общую атаку на концевые корабли, смять их или отрезать от броненосцев и тем вызвать вторичное приближение японского флота"[108]. "Может быть, наши суда и были бы сильно подбиты, но и японцы понесли бы большие потери. Находясь далеко от своей базы (Сасебо), японцы поспешили бы отступить, и мы на долгое время остались бы хозяевами Желтого моря, что могло совершенно изменить ход военных событий…"[109].

Таким образом, следует конкретизировать последовательность фаз и вычленить участие в каждой из них имеемых сил 1-й эскадры (броненосцев, крейсеров, миноносцев).

Поставленная задача может быть разбита на две части:

1.          Атака, то есть охват концевых кораблей кильватерной колонны.

2.          Преследование японского флота.

Причем, объективная сторона разбора только выиграет, когда оценка позиции будет произведена на основе истинных и наблюденных данных. К сведениям первого рода можно отнести элементы движения (курс, скорость), направления и дистанции и пр., которые каждая сторона приводит при описании действий своих кораблей. Тогда вся аналогичная информация, имеющая отношение к противнику, полученная от собственных средств наблюдения, является наблюденной.

Стратегия расчетов такая:

·          японский флот (это три отряда), построенный в одну кильватерную колонну, после сближения с 1-й эскадрой выполняет последовательный поворот влево и ложится на боевой галс;

·          русские броненосцы в момент открытия по ним огня начинают выбирать якоря, дают ход и первое время двигаются навстречу неприятелю;

·          флагманский броненосец "Петропавловск" поворачивает влево, и все броненосцы начинают ложиться ему в кильватер;

·          в какой-то момент времени на "Петропавловске" убеждаются, что общая кильватерная колонна, перемещающаяся относительно 1-й эскадры вправо, есть боевая линия неприятеля, а не промежуточный строй; тогда происходит окончательная оценка ситуации и всех возможностей для атаки кораблей вице-адмирала Того (то есть наши броненосцы начинают охват концевых крейсеров 3-го боевого отряда);

·          завершение маневра охвата - выход первого корабля (броненосец "Петропавловск") в позицию прямо по корме концевого крейсера 3-го отряда (крейсер "Иосино") на дистанции 20 кбт.

Все необходимые числовые характеристики взаимного перемещения двух эскадр изъяты из четырех высокоофициальных источников:

·          "Описание военных действий на море в 37-38 гг. Мейдзи (в 1904-1905 гг.), т. 1;

·          "Русско-японская война 1904-1905 гг. Действия флота. Документы", отдел II, кн. 1 и отдел III, кн. 1;

·          "Русско-японская война 1904-1905 гг. Работа исторической комиссии по описанию действий флота в войну 1904-1905 гг. при Морском Генеральном Штабе", кн. 1;

·          "Русско-японская война. Чертежи и карты".

Для расчетов по наблюденным данным (рис. 2.6[XXIII], верхняя часть табл. 4) взяты следующие величины:

·          пеленг на противника, завершающего поворот на боевой курс 135о, - снят с плана двухстороннего маневрирования, представленного русской стороной;

·          дистанция окончания поворота японцев на боевой курс 40 кбт - принята минимальная, указанная в рапорте вице-адмирала О.В.Старка;

·          курс броненосцев 1-й эскадры после съемки с якоря был 180о - взят из плана маневрирования, подписанного капитаном 1 ранга А.А.Эбергардтом;

·          скорости броненосцев 1-й эскадры - от момента начала движения и до окончания поворота влево был малый ход, затем все дали полный ход; учитывая время выборки якорей и ограниченное пространство для маневра, скорость в первом случае принята равной 6 узл, а во втором, зная технические возможности кораблей следовать в общем строю, - 14 узл;

·          боевой курс японцев WSW (247,5о) указан в рапорте Начальника эскадры;

·          достаточно принять к расчетам вероятные скорости крейсера "Иосино" - минимальную, при которой корабль слушается руля (6 узл), предельную при движении в строю кильватера 15 узл (наибольшая скорость в строю кильватера не бывает максимальной, так как концевые броненосцы 1-го боевого отряда, 18 узлов для которых есть предел, должны иметь какой-то запас хода - обычно 10%[110] - для удержания своего места в строю или для перестроений) и промежуточную 10 узл.

Для расчетов по истинным данным (рис. 2.7, нижняя часть табл. 4) все сведения о русской эскадре оставлены без изменения, зато японские величины уже другие:

·          боевой курс неприятеля W (270о) - взят из японской официальной истории войны на море;

·          фактические скорости японских кораблей приняты равными 15 узл - 1-го отряда, а 8 узл - 3-го . К этим величинам можно прийти, совмещая донесения вице-адмирала О.В.Старка (первоначально неприятель шел большим ходом, в конце боя строй его был сильно растянут, то есть ход замыкающих крейсеров был меньше, чем у головных броненосцев) и схемы, представленной в японском официозе (броненосец "Микаса" прошел 60 кбт за 25 мин., значит, скорость корабля была 15 узл, а 3-й боевой отряд прошел 30-31 кбт за 22 мин., откуда можно вывести скорость 8 узл).

Еще в японской версии упоминается, что между временем, когда "Микаса" лег на боевой курс, и моментом появления 3-го боевого отряда на линии огня прошло 20 минут. Эти сведения придают расчетам на планшете одну особенность: вице-адмирал О.В.Старк, оценивая обстановку, сначала относит все движения своих броненосцев к точке поворота японских кораблей, а после завершения неприятелем маневра Начальник 1-й эскадры имеет в качестве подвижного ориентира крейсер "Иосино". Говоря другими словами, 20-я минута - это время перехода на планшете от абсолютного движения к относительному.

Исходя именно из таких условий, произведена серия расчетов, а их результаты сведены в табл. 4.

Составляющие линии относительного движения броненосца "Петропавловск" при охвате концевых кораблей 3-го боевого отряда Соединенного флота относительно точки поворота японского флота и крейсера "Иосино" (в минутах) при расчете по наблюденным данным:

·          "0,0 - 10,0" - съемка "Петропавловска" с якоря и движение первым боевым курсом 180о и скоростью Vм1 = 6 узл;

·          "10,0 - 16,0"- учет циркуляции "Петропавловска" при его повороте влево на 8 румбов; в конце изменения курса броненосец дает ход Vм2 = 14 узл;

·          "16,0 - 20,0" - движение "Петропавловска" на втором боевом курсе 77о;

·          "20,0" - момент окончания поворота влево на курс 247,5о крейсера "Иосино";

·          "20,0 - (25,0)" - движение "Петропавловска" на втором боевом курсе 157,5о (при скорости "Иосино" Vк1 = 6 узл);

·          "(25,0) - (27,0)" - учет циркуляции "Петропавловска" при повороте вправо на третий боевой курс 157,5о;

·          "(27,0) - (34,0)" - движение "Петропавловска" курсом 157,5о в позицию прямо по корме "Иосино";

·          "20,0 - [23,0]" - движение "Петропавловска" на втором боевом курсе 157,5о (при скорости "Иосино" Vк2 = 10 узл);

·          "[23,0] - [25,0]" - учет циркуляции "Петропавловска" при повороте вправо на курс 157,5о;

·          "[25,0] - [33,0]" - движение "Петропавловска" курсом 157,5о в позицию прямо по корме "Иосино";

·          "20,0 - {22,0}" - учет циркуляции "Петропавловска" при повороте вправо на курс 157,5о (при скорости "Иосино" Vк3 = 15 узл;

·          "{22,0} - {30,0}" - движение "Петропавловска" курсом 157,5о в позицию прямо по корме "Иосино".

Многословных объяснений этот маневр не требует.

Снявшись с якоря, броненосец "Петропавловск" идет строго на юг. С него видно, что корабли неприятеля последовательно поворачивают и движутся относительно наших главных сил вправо.

Что нужно предпринять в таком случае? Вправо поворачивать никак нельзя - там берег. Тогда самым естественным будет движение влево, на контркурс японцам, точное значение которого должно быть таким, чтобы на новом - втором - боевом галсе противник находился в секторах обстрела всех орудий правого борта. Левый край боевой линии неприятеля временно неподвижен и ограничен точкой поворота, а правый - движущийся броненосец "Микаса". Вот почему предельный свой курсовой угол места поворота японской эскадры должен быть равным 45о правого борта. И вице-адмирал О.В.Старк не только принял, но и сумел осуществить грамотное решение: "Петропавловск" покатился влево - поворот был на 8 румбов (90о).

Данная величина - оптимальная, потому что из позиции, в которой русский флагман начал движение на курсе 77о, точка поворота японской эскадры находится на желаемом курсовом угле - 45о правого борта. Это очень удачное положение для стрельбы всем бортом и для дальнейшего маневрирования: 1 и 2-е отделения броненосцев ложатся в кильватер "Петропавловску". (А значит, модель боя, отображенная на планшете, близка к реальным событиям.)

Вся боевая линия японского флота находится под полным "контролем" русских орудий. Обе эскадры ведут классическое фронтальное артиллерийское состязание. Теперь только дистанция диктует выбор типа снарядов. На курсе 77о (или очень близким к нему) бой 27 января и закончился. Японский адмирал не захотел рисковать, то есть выполнять очередной последовательный поворот вправо, чтобы опять поучаствовать в контргалсовой стрельбе. Условия на этот раз были бы намного жестче: дистанция между эскадрами будет меньше на два диаметра циркуляции броненосцев противоборствующих сторон и составлять менее 20 кбт. Кроме всего, прохождение японских кораблей происходит на виду и в пределах досягаемости береговых батарей. Ничего не скажешь, позиция русских кораблей сильнее, чем неприятельская. Огневые возможности обеих эскадр равнозначны: результат боя на контркурсах зависит от мастерства артиллеристов концентрировать и последовательно переносить стрельбу с головного корабля кильватерной колонны на последующие.

Очень возможно в дальнейшем и применение самодвижущихся мин. Ведь условия стрельбы - просто полигонные.

Однако положение японцев очень уязвимо: русская эскадра ничем и никем не стеснена в маневре вправо (от берега), чтобы попытаться совершить охват концевых вражеских кораблей. Неприятель, наоборот, лишен такой возможности, он буквально загнан в угол: поворот вправо (в сторону 1-й эскадры) ему категорически противопоказан: около входа в Порт-Артур находятся русские крейсера, миноносцы. Из гавани могут еще выйти корабли, а броненосцами вице-адмирал О.В.Старк сумеет и успеет закрыть все пути отхода. И бой превратится в жестокую свалку, в которой любой верткий миноносец имеет больше преимуществ, чем грузный броненосец. Известно, что до Сасебо 600 миль. Значит, поврежденный японский корабль имеет все шансы не дойти до своей базы.

Вот почему, используя ограничения в выборе неприятелем направления движения, маневр охвата его концевых кораблей весьма привлекателен. А уже от результатов концентрированного огня по крейсеру "Иосино" (и близлежащим кораблям 3-го боевого отряда контр-адмирала Дева) зависит дальнейший план 1-ой эскадры, которым, возможно, станет преследование неприятеля.

Но если японские корабли идут большой скоростью, принять решение на охват вице-адмирал О.В.Старк должен очень быстро. В случае наличия какого-то запаса времени, хорошо сначала произвести очередной залп, а затем уже поворачивать. Итак, переходя к рассчитанному маневру, броненосец "Петропавловск" должен начинать поворот вправо на курс охвата 157,5о после пяти минут следования курсом 77о, если скорость крейсера "Иосино" равна 6 узл, или после трех минут, если скорость объекта маневра 10 узл, или сразу, если скорость "Иосино" 15 узл.

Отсутствие времени на оценку положения при большем ходе японских крейсеров только кажущееся. У нашего адмирала, даже в таком скоротечном эпизоде, все равно будут несколько минут на размышление. Так как маневр рассчитан для выхода в точку по корме "Иосино" на удалении 20 кбт, то минута размышления прибавляет к начальной дистанции 2,5 кбт, что немного. То есть необходимое время у Начальника эскадры есть.

Окончание маневра происходит на 34,0, или 33,0, или 30 минуте оперативного времени при скорости крейсера "Иосино" 6, или 10, или 15 узл соответственно. Моменты по часам относятся, конечно, к "Петропавловску". Следующие за ним броненосцы повторяют все движения флагмана.

Следует отметить правильность предполагаемого времени огибания хвоста колонны, приведенного в своем рапорте вице-адмиралом О.В.Старком (около 20 мин. для самого малого хода неприятеля), которое соответствует 34,5 минуте оперативного времени расчетного варианта (отправной точкой служит момент окончания поворота влево на курс 77о).

В начальную стадию следования боевым курсом 157,5о (буквально несколько минут) наши корабли могут использовать только носовую артиллерию: курсовые углы "Петропавловска" равны 36,5о, 20,5о и 1,5о правого борта при скорости "Иосино" 6, 10 и 15 узлов соответственно. По мере охвата 3-го боевого отряда с кормы в дело вступают все орудия правого борта каждого корабля.

У японцев картина обратная: сначала по сближающимся русским кораблям можно стрелять всем правым бортом. Но ближе к критическому моменту, по мере захождения броненосцев 1-й эскадры за корму крейсеров 3-го отряда, носовые орудия по головным русским кораблям вести огонь не могут.

В такой ситуации некоторое преимущества все-таки имеют русские броненосцы, потому что в самый напряженный период завершения маневра концентрации орудий у японской стороны на опасном направлении не происходит.

Вице-адмиралу Того очень тяжело организовать помощь своим концевым кораблям, кроме срочной подачи сигнала 3-му отряду о повороте "все вдруг" влево на 90о и самым полным ходом уходить с места сражения, что равносильно бегству.

При самом неблагоприятном повороте событий для русской стороны всегда возможен последовательный поворот вправо, чтобы, прикрываясь концевыми крейсерами 3-го отряда, уходить на рейд Порт-Артура. Понятно, что 1 и 2-й броненосные отряды Соединенного флота, спешащие на помощь крейсерам, не только не могут использовать свое оружие (пока 3-й боевой отряд не уйдет с общей линии стрельбы), но и находятся в сфере перелетов русских эскадры.

В зависимости от складывающейся обстановки и результатов стрельбы по японским крейсерам Начальник 1-й эскадры может предоставить время и возможность другим броненосцам эксплуатировать ситуацию в свою пользу до конца. Для этого нужно "Петропавловску" начать поворот влево, чтобы не пересекать директрисы мателотов и уйти за боевую линию 1-й эскадры. Генеральный курс на момент окончания маневра должен вести корабли на рейд Порт-Артура.

Таким образом, маневр охвата концевых кораблей кильватерной колонны японского флота по наблюденным данным реален. Но, может быть, условия маневра будут совершенно иными, в худшую для русской эскадры сторону, если учесть истинное движение японского флота?

Напрасные опасения! Отличия между наблюденными и истинными значениями курса и скорости крейсера "Иосино" не влияют на возможность осуществления маневра охвата 3-го боевого отряда.

Кстати, в разнице между наблюденным и истинным курсами, составляющей 22,5о, нет ничего необычного. Определение курсового угла цели, с увеличением дистанций боя, всегда представляло для артиллеристов (а затем и минеров) предмет особого интереса: насколько важно знать эту величину, настолько трудно ее определить в морских условиях, при малом времени выработки исходных данных и в случае активного двухстороннего маневрирования.

…Составляющие линии относительного движения "Петропавловска" при охвате концевых кораблей 3-го боевого отряда Соединенного флота относительно точки поворота и крейсера "Иосино" (в минутах) при расчете по истинным данным:

·          "0,0 - 10,0" - съемка "Петропавловска" с якоря и движение первым боевым курсом 180о и скоростью Vм1 = 6 узл;

·          "10,0 - 16,0"- учет циркуляции броненосца "Петропавловск" при его повороте влево на 8 румбов;

·          "16,0 - 20,0" - движение "Петропавловска" на втором боевом курсе 77о скоростью Vм2 = 6 (10, 14) узл;

·          "20,0" - момент окончания поворота влево на курс 270о крейсера "Иосино", идущего скоростью Vко = 8 узл;

·          "20,0 - [24,0]" - движение "Петропавловска" на втором боевом курсе 77о на скорости Vм'2 = 6 узл;

·          "[24,0] - [30,0]" - учет циркуляции "Петропавловска" при повороте вправо на третий боевой курс 180,0о;

·          "[30,0 - [44,0]" - движение "Петропавловска" курсом 180о и скоростью Vм'3 = 6 узл в позицию прямо по корме "Иосино";

·          "20,0 - (25,5)" - движение "Петропавловска" на втором боевом курсе 77о на скорости Vм''2 = 10 узл;

·          "(25,5) - (29,0)" - учет циркуляции "Петропавловска" при повороте вправо на третий боевой курс 180о;

·          "(29,0) - (38,5)" - движение "Петропавловска" курсом 180о и скоростью Vм''3 = 10 узл в позицию прямо по корме "Иосино";

·          "20,0 - {24,0}" - движение "Петропавловска" на втором боевом курсе 77о скоростью Vм'''2 = 14 узл;

·          "{24,0}- {27,5}" - учет циркуляции "Петропавловска" при повороте вправо на третий боевой курс 180о;

·          "{27,5} - {34,5}" - движение "Петропавловска" курсом 180о è скоростью Vм'''3 = 14 узл в позицию прямо по корме "Иосино".

Растянутая линия японской эскадры ставит в крайне невыгодное положение 3-й боевой отряд, который в самый критический момент боя лишен поддержки главных сил.

Небольшой ход крейсера "Иосино" позволяет 1-й эскадре варьировать свою скорость от 6 до 14 узл, что дает хорошую возможность всему нашему соединению уверенно удерживать выгодные дистанции боя, позволяющие вести стрельбу бронебойными снарядами (не более 25 кбт).

Боевой курс 180о с лихвой компенсирует все ошибки в наблюденных данных. Общее время маневра составит: для скорости "Петропавловска" 6, 10 и 14 узл 44, 38,5 и 34,5 минуты соответственно. Желательно, чтобы наши корабли шли максимальным ходом, стремясь разгромить 3-й отряд до того, когда японский командующий сумеет предпринять какие-либо контрмеры.

Увеличение скорости необходимо еще и потому, что это напрямую влияет на условия стрельбы: при следовании "Петропавловска" 6, 10 или 14 узлами его начальный курсовой угол составит 2о, 23о или 30о правого борта.

И этот пример позволяет сделать вывод о выполнимости гибельного для отряда контр-адмирала Дева маневра. Это уже можно сказать со всей определенностью.

Уверен, что два рассмотренных варианта перекрывают любые возможные случаи. Движение русских главных сил курсом 157,5о или 180о в строю одной кильватерной колонны, когда все корабли противника находятся только с одного правого борта и закрывают один другого, создает для нашей эскадры чрезвычайно выгодные условия для концентрации огня самых крупных орудий против слабейшей части неприятельского флота. Реагировать на любое последующее изменение 1 и 2-м отрядами своих позиций порт-артурским броненосцам легко: можно начать общее преследование неприятеля или, если противник вдруг начнет одолевать 1-ю эскадру, выполнить поворот на курс, ведущий на внешний рейд.

В заключение необходимо признать, что вице-адмирал О.В.Старк упустил шанс серьезно ударить по противнику. А ведь с "Петропавловска" видели, "что второй в строе неприятеля броненосец сильно накренился на левую сторону, на концевом же его крейсере произошел взрыв или большой пожар, причем строй неприятеля на левом фланге был нарушен"[111].

Потери у вице-адмирала Того могли быть не только материальными - в виде отдельных кораблей. Моральные издержки противника (неуверенность в себе, разъедающий душу и тело анализ действий, неизбежно появившаяся боязнь даже небольшого риска) могут стать прочной основой для дальнейших успешных проектов русского командования. А насколько был бы тогда высок душевный подъем личного состава 1-й эскадры: первый бой - и первый успех! В свою очередь, японцам приходится на ходу править свои планы (например, отказаться от высадки войск на полуостров) и подвергать сомнению способность их флота решать поставленные задачи.

 

<
rss
Карта