Цель перехода, планирование операции

Комплектование экипажей

Состояние материальной части, кораблей, специальная подготовка эскадры

Маршрут
перехода

Уровень боевой подготовки, морально-
психологические качества эскадры

“Гулльский инцидент”

Замысел боя

Навигационно-
гидрографический
обзор. Погода

Бой

Выводы

Примечания

Схемы

Оглавление

 

7.10. Бой(2)

До начала поворота главные силы Соединенного флота следовали вместе только в смысле общего направления. Причем, 2-й отряд шел правее 1-го и начал ворочать влево, по сигналу вице-адмирала Какимура, не повторяя слепо действия броненосца адмирала Того, а с таким расчетом и в такое время, чтобы оказаться по завершении маневра в кильватере крейсера "Ниссин". Для этого 2-й отряд немного отвернул вначале вправо, а через четыре минуты после того, как "Микаса" стал изменять курс, предпринял движение влево и сам.

Кстати, этот маневр был на 2-й эскадре замечен. Мичман А.С.Рождественский с крейсера "Адмирал Нахимов" (штатная должность - вахтенный офицер) отразил данный факт в своем донесении: "Перейдя на левую сторону от нас, они (неприятельские корабли - К.И.М.), казалось, хотели разойтись с нами контркурсом, но, затем, "Микаса" вдруг круто повернул влево и пошел с нами сходящимся курсом. Не желая слишком сближаться с нами, он описал петлю, и броненосные крейсера, шедшие за ним еще контркурсом, должны были повернуть строем фронта от него, дабы дать ему дорогу"[799]. Именно так должен был казаться стороннему наблюдателю характер общего движение японских крейсеров.

…Поэтому указанное время - 15 минут, - хотя и условно, но является суммарным для обоих отрядов.

Теперь можно выделить время маневра каждого отряда, а график поворота главных сил японского флота представлен на рис. 7.19 (2 час. 5 мин. - начало поворота "Микаса" на боевой курс).

Время, за которое вице-адмирал З.П.Рожественский должен успеть организовать атаку, определяется разницей моментов завершения поворотов на боевой курс головным и замыкающим кораблями 1-го отряда. Именно поэтому расчет времени в графике произведен для первого и последнего кораблей.

Как видно, искомая величина равна 5 минутам.

Можно произвести простую арифметическую контрольную проверку по времени прохода точки поворота первого и шестого (последнего в строю кильватера) корабля по скорости и пройденному расстоянию. Для хода кораблей в 15 узлов и дистанции между кораблями в строю 3 кабельтова, оно составляет 6 минут. (Японцы говорят, что после поворота скорость их кораблей возросла, что делает более-менее реальным выбор для расчетов скорости 15 узл.) А дистанция между кораблями в строю должна соответствовать замыслу основного маневра неприятеля - создание численного перевеса в своих орудиях над броненосцем "Князь Суворов" и ближайшим к нему нашим новейшим броненосцем.

Именно эти 5 минут могут считаться временем "зависания" японских главных сил. Вернее, кораблей, которые еще не легли на боевой курс: концевые крейсера неприятельского 1-го отряда, существенно ограничены в маневре и вынуждены, независимо от внезапных изменений тактической обстановки, лежать в кильватере переднего мателота и следовать всем его действиям.

Схемы маневрирования главных сил в начальный момент Цусимского боя, основанием которых послужили сведения из русских и японских источников, приведены на рис. 7.20 и 7.21.

Необходимо точно определить, что критики "требуют" от вице-адмирала З.П.Рожественского.

Когда стало ясно, что японская эскадра закончила поворот и легла на курс 67о, русскому командующему следовало сразу обострить ситуацию. Общий план действий выглядит таким образом.

"При встрече с японскими главными силами была выгодна стремительная атака на сближение… Этим скрадывался бы наш главный недостаток, неумение стрелять на большие дистанции и стройно маневрировать в эскадре. Общая свалка, не входившая в интересы сильной стороны - японцев, была вполне в наших интересах. Если бы японцы стали уклоняться от такой свалки, они должны были бы принять погоню нашей эскадры и в значительной степени выпустить инициативу действий из своих рук.

Трудно сказать, какова была бы разница в результатах боя в том случае, если бы адмирал Рожественский поступил, как здесь указано; но такой образ действий был бы правилен, так как наша слабая сторона была бы таким образом прикрыта, а сильная - преимущество во количестве крупной артиллерии и бронебойности снарядов - была бы рационально использована"[800].

Автор этой главы официального издания Морского генерального штаба, понимая, в каких условиях находился вице-адмирал З.П.Рожественский, окончательную победу, в случае полного выполнения своего нечетко сформулированного плана, командующему не присуждает. (А.С.Новиков-Прибой также придерживается этой версии как лучшего плана боя.)

Другое высоко официозное мнение - заключение Следственной комиссии[CLXXXVIII], выяснявшей обстоятельства боя 14 мая, - видоизмененное предыдущее: эскадре следовало "броситься в строе пеленга или фронта на поворачивающегося последовательно неприятеля"[801].

Самыми последними высказываниями на животрепещущую тему могут послужить такие слова: "…Эти пятнадцать, а может быть и двадцать минут, позволяли русским кораблям, бросившись на врага строем фронта, сблизиться с японским флотом на ту малую дистанцию, с которой они… могли стрелять с наибольшей меткостью… Скоротечная "свалка" вплотную и единоборство корабля с кораблем отнимали у японцев их главное преимущество - искусство сосредоточения огня… Наконец, бой на ближней дистанции позволял с предельной эффективностью реализовать преимущества русских лучших в мире бронебойных снарядов…"[802].

Без сомнения, слагатель только что приведенных "предложений" старательно повторил все предыдущие. Только вывод, за давностью лет, намного оптимистичнее: "Главная задача похода 2-й эскадры была бы в значительной части решена"[803].

Итак, можно заключить, что вариантов действий вырисовывается два: атака наших броненосцев 1-го отряда в строю пеленга или в строю фронта влево с одновременным увеличением скорости до максимальной (18 узл).

Моделируя ситуацию 14 мая 1905 г., необходимо предварительно сделать несколько допущений:

·          "Орел" имеет возможность безопасно маневрировать вблизи броненосца "Ослябя";

·          1 и 2-й боевые отряды Соединенного флота после поворота на курс 67о идут в правильном строю кильватера.

Все вышеприведенные рассуждения стали основой решения двух задач на планшете с максимально возможной (по моему разумению) вероятностью действий групп управления кораблями и отрядами:

·          вариант № 1 - сближение 1-го отряда 2-й эскадры с неприятелем в строю пеленга;

·          вариант № 2 - сближение 1-го отряда 2-й эскадры с неприятелем в строю фронта влево.

Рассмотрим подробно вариант № 1 (рис. 7.22, табл. 42).

Что же может теоретически произойти за найденные 5 минут?

Атака поворачивающих японских кораблей четырьмя русскими броненосцами будет в строю пеленга на курсе 355о. Некоторые элементы строя: пеленг строя - 203о, угол строя - 152о, угол равнения - 28о, глубина строя - почти 5 кбт, ширина строя - около 3 кбт.

После окончания поворота японцев на курс 67о дистанция между флагманскими кораблями была, как уже упоминалось, 32 кабельтова. Преобладание неприятеля в скорости ведет к сокращению дистанции и неизбежному "сваливанию" русской эскадры за корму противнику в продолжение двух минут. Пусть в это время вице-адмирал З.П.Рожественский и его штаб принимает решение и оповещает о новых изменениях курса и скорости корабли.

Затем поворотом "все вдруг" адмирал перестраивает 1-й боевой отряд в строй пеленга и увеличивает ход до 18 узлов. Этот момент является не только началом сближения с неприятелем, но и точкой отсчета для адмирала Того, начинающего продумывать и осуществлять меры противодействия. На все у японского командующего должно также уйти две минуты.

Как нетрудно подсчитать, тактические эпизоды, начиная с момента завершения броненосцем "Микаса" поворота, последовательно меняя друг друга, потребуют для выполнения ровно 5 минут, а значит, 1-й боевой отряд успевает лечь на курс 67о. Вот почему естественными распоряжениями японского командующего будут одновременный поворот на курс отхода и увеличение хода до максимального. Предполагаемый ход, конечно, будет не ниже нашего (скоростные возможности японских кораблей указаны[804] в табл. 43).

Скорее всего, и новое направление движения совпадет (или почти совпадет) с курсом русских броненосцев. А время, когда японские корабли закончат маневр, определит и минимальную дистанцию сближения. (Ожидать от командующего Соединенным флотом иного действия, кроме указанного, не приходится потому, что в бою 28 июля 1904 г. именно так он среагировал на маневр броненосца "Ретвизан", лихо бросившегося в атаку на главные силы неприятеля.)

Получилось, что шесть японских кораблей 1-го отряда ведут бой с четырьмя броненосцами 2-й эскадры, то есть ни о каком единоборстве корабля с кораблем речи быть не может.

Итак, по завершении маневра уклонения "Микаса" займет позицию впереди "Князя Суворова", а они оба пойдут курсом 355о.

Начальник 2-го боевого отряда может поступить двояко:

·          так как направление перемещения русских кораблей не представляет для него никакой опасности, можно завершить начатый поворот, чтобы продолжить следовать в кильватер 1-му отряду, и, заняв позицию слева, двигаться параллельно броненосцам 2-й эскадры, безнаказанно расстреливая их из орудий главного калибра;

·          прекратить выполнение поворота и начать обход с кормовых курсовых углов бросившихся в атаку кораблей или, отвлекая внимание, сделать угрожающее движение в сторону транспортов.

Осталось только окончательно наполнить рассуждения результатами расчетов.  

Таблица 43

Скоростные характеристики броненосцев и крейсеров японского флота

 

Название корабля

Скорость, узл

Скорость при форсированной тяге,

узл

Броненосец "Микаса"

18,5

-

Броненосец "Асахи"

18,3

-

Броненосец "Сикисима"

18,78

-

Броненосец "Фудзи"

18,0

18,5

Крейсера "Касуга", "Ниссин"

20,15

-

Крейсера "Идзумо", "Ивате"

21,74

-

Крейсера "Асама", "Токива"

22,07

-

Крейсер "Адзума"

21,0

-

Крейсер "Якумо"

21,0

-

Крейсер "Чиода"

21,0

-

Крейсера "Касаги",

"Читосе"

22,75

22,75

22,87

22,67

Крейсер "Отова"

21,0

-

Крейсера "Сума", "Акаси"

19,5-20,0

-

Крейсера "Ицукусима", "Мацусима", Хасидате"

16,5

-

Крейсера "Нанива", "Такачихо"

18,7

-

Крейсер "Идзуми"

18,25

-

Первоначальная дистанция в конце маневра сближения сократится до 17,5 кабельтовых. Это все, чего можно добиться, бросившись на врага. Курс отхода японцев ничуть не ограничивает действие орудий главного калибра[805] (табл. 44).  

Тяжело гадать, по каким целям будут вести стрельбу наши корабли ("Правила артиллерийской службы" не предусматривают такого оборота событий): броненосец "Микаса" находится в секторе стрельбы 12-дюймовых орудий носовой и кормовой групп только "Князя Суворова". Остальные наши корабли могут стрелять по японскому флагману только носовыми орудиями.

Все может быть: централизованный огонь по броненосцу "Микаса" или дуэльная ситуация, то есть каждый русский броненосец, согласно порядковым номерам в строю, постарается уничтожить противоположный корабль неприятеля.

Таблица 44

Некоторые тактические артиллерийские характеристики русских и японских кораблей

 

Название корабля

Наивыгоднейшие курсовые углы обстрела для корабля в целом, град.

Русская эскадра

"Суворов", "Император Александр III", "Бородино", "Орел", "Ослябя", "Сисой Великий", "Наварин", "Адмирал Сенявин", "Адмирал Ушаков"

 

45 - 135

"Император Николай I"

60 - 120

Японская эскадра

"Микаса", "Идзумо", "Ивате", "Асама", "Токива"

45 -135

"Асахи", "Сикисима", "Фудзи"

55 - 125

"Адзума", "Якумо"

50 - 130

"Касуга", "Ниссин"

60 - 120

Примечание. Табличные курсовые углы указаны для возможности одновременного использования кораблем всех орудий одного борта.

А вот японские артиллеристы более свободны в выборе целей: каждый корабль может обстреливать русский флагман полным числом орудий одного борта (их курсовые углы лежат в пределах 112-135о правого борта). Помня бой 28 июля 1904 г. (сосредоточение огня на приближающемся броненосце "Ретвизан") или ночное столкновение миноносцев 26 февраля 1904 г. (стрельбу противник вел по головному миноносцу "Выносливый"), можно заключить, что броненосец "Князь Суворов" подвергается намного большей опасности, чем "Микаса".

Об атаке самодвижущимися минами, учитывая взаимное расположение кораблей и технические характеристики оружия, - и говорить нечего. Для наглядности: стрельба русских броненосцев 45-сантиметровыми "изделиями" Уайтхеда, установленными на быстроходный режим, из позиции на курсовом угле броненосца "Микаса" 135о правого борта возможна только с максимальной дистанции 3,9 кбт. Тактико-технические характеристики самодвижущихся мин обоих флотов были приведены ранее в табл. 10).

Японцы же находятся в выгодных условиях для залпа минами. "Князь Суворов" вошел в стрельбовый сектор не только броненосца "Микаса", но и других кораблей кильватерной колонны 1-го броненосного отряда. Решая второй торпедный треугольник, можно установить, что предельная дистанция стрельбы 45-сантиметровыми минами в дальноходном режиме, например, с японского флагмана по своему курсовому углу 135о составляет 24,4 кбт. А если пуск мин 14 мая 1905 г. со сверхдальних дистанций является установленным фактом[806], то ничто не могло неприятелю помешать применить это оружие, когда броненосцы 2-й эскадры окажутся в доступных позициях.

Учесть надо и то, что подобное максимальное уменьшение дистанции идет в ущерб артиллерийскому огню. Позиция флагманского корабля 2-й эскадры на курсовом угле броненосца "Микаса" 135о правого борта исключает для русской стороны эффективную стрельбу бронебойными снарядами ("не тот" угол встречи). При этом наши корабли испытывают бортовую качку, что скажется на результатах стрельбы.

Угол встречи японского снаряда с броней русского броненосца также не самый лучший. Но по этому показателю, думаю, неприятель имеет небольшое тактическое преимущество: цель такого сближения для русской стороны заключается в уничтожении или повреждении японских кораблей. А для японцев еще выгоден факт "растаскивания" русской эскадры, что облегчит уничтожение расчлененных отрядов. Необходимо "вспомнить", что за японскими броненосцами следуют отряды миноносцев и истребителей, которые, в отличие от наших, "молчать" не будут.

Может случиться и такое, что, не добившись артиллерийским огнем существенных успехов, вице-адмиралу З.П.Рожественскому придется стать перед выбором: или продолжать единоборство, или возвратиться к своему соединению.

А успеют ли русские броненосцы за 15-18 минут (время удаления от 2-й эскадры полным ходом на 70 кабельтовых), не теряя из виду наших оставшихся кораблей, причинить такие повреждения неприятелю, которые позволят позже возвратиться к эскадре и продолжить движение к Владивостоку, неизвестно. В течение всего времени решения "артиллерийской задачи" корабли, на основании характеристик из табл. 41, смогут успеть сделать по 5-6 залпов из орудий главного калибра.

Таким образом, после поворота японского отряда на курс 355о скорости кораблей обеих сторон будут равными и маневр сближения может затянуться до бесконечности.

Разобранный вариант более всего невыгоден русской стороне потому, что не соблюдено главное условие: свалка должна быть таковой только для неприятеля, а для атакующей стороны - более-менее организованным боем.

Составляющие ЛОД броненосца "Князь Суворов" (в минутах):

·          "0,0 - 3,5" - учет циркуляции броненосца "Микаса" при его повороте на курс 67о; скорость японского флагмана Vк о = 15 узл;

·          "3,5 - 5,5" - движение флагмана 2-й эскадры курсом 23о и скоростью Vм о = 9 узл после поворота броненосца "Микаса" на курс 67о;

·          "5,5 - 6,5" - учет циркуляции "Князя Суворова" после его поворота влево на курс 353о; увеличение нашими кораблями скорости в конце поворота до значения Vм1 = 18 узл;

·          "6,5 - 8,5" - сближение "Князя Суворова" с броненосцем "Микаса" на постоянном курсовом угле;

·          "8,5 - 10,0" - учет циркуляции броненосца "Микаса" при повороте влево на курс 355о; в конце поворота- увеличение скорости до Vк1 = 18 узл.

Теперь перейдем к варианту № 2 (рис. 7.23, табл. 45): атака нашего первого отряда в строю фронта влево на курсе 293о, угол строя - 90о, угол равнения - 90о, глубина строя равна длине броненосца, а ширина - 6 кбт.

Тактический эпизод также требует некоторых пояснений.

Маневрирование 1-го отряда в течение пяти минут, прошедших с момента окончания поворота на боевой курс броненосца "Микаса", аналогично предыдущему варианту: две минуты - оценка обстановки, отдача соответствующих распоряжений по отряду; три минуты - поворот отряда "все вдруг" на 90о влево; за две следующих минуты фактического сближения русских броненосцев курсом 293о адмирал Того должен успеть подготовить контрманевр.

Сразу обращает на себя внимание большое время, которое уйдет на перестроение (то есть поворот "все вдруг" влево) атакующего отряда в строй фронта из строя кильватера. Этот показатель как-то не брался ранее в расчет авторами версии боя на минимальной дистанции. Кроме всего, изменение курса происходит на ветер, почему к рассчитанным 3,5 минутам надо смело прибавлять минуту-другую.

Обсуждая этот способ атаки, следует сразу сказать об идейной бесперспективности этого варианта: никогда не атакуют "точки поворота", но всегда - отдельные корабли или часть эскадры. Вот почему данная схема боя намного безопаснее для японской стороны, рассмотренной чуть выше. Острие атаки направлено мимо японского флагмана, обязанность которого теперь заключается в отводе концевых кораблей от русских броненосцев.

Сближение броненосцев "Князь Суворов" и "Микаса" на минимальную дистанцию 15,3 кбт произойдет на 11,5 минуте оперативного времени, если, конечно, адмирал Того ничего не предпримет. Корабли, следующие вслед броненосцу "Микаса", должны пройти от "Князя Суворова" на еще меньшей дистанции.

Но так ли все это выгодно, как может показаться вначале?

Оба отряда, мчась мимо друг друга, должны скоро разойтись: относительная скорость настолько высока (5,1 кбт/мин.), что броненосец "Микаса" будет находиться в секторе 45-135о правого борта "Князя Суворова" в течение восьми минут. Адмирал Того повернув свой отряд "все вдруг" влево на курс 22о и увеличив скорость до 18 узлов, легко может отвести концевые корабли от нежелательного сближения (курсовой угол японского флагмана будет 159о правого борта). В этом случае сохранится постоянная дистанция 16,0 кбт.

Дальнейшими предполагаемыми действиями японцев могут быть: стремление 1-го броненосного отряда занять позицию на кормовых курсовых углах броненосцев вице-адмирала З.П.Рожественского, чтобы попытаться отрезать отряд от эскадры.

И самодвижущимися минами будет атаковать только флагман 2-й эскадры в то время как все японские корабли находятся в выгодной позиции стрельбы.

Броненосец "Микаса" и крейсер "Ниссин" практически равноудалены от "Орла": дистанция до первого - 21,6 кбт, до второго - 18,8 кбт.

Японский 1-й отряд частично находится в стрельбовых секторах всех орудий наших кораблей. А вот неприятельские корабли могут вести огонь до момента начала поворота влево на курс 22о всеми орудиями правого борта.

Вдобавок, такое движение нашего флагмана - в жаркие "объятия" японцев - облегчает желанный для врага охват головы русских броненосцев (или неявно выраженный охват правого фланга наших кораблей), чем они, надо полагать, не преминули бы воспользоваться.

2-й боевой отряд, производящий в это время поворот влево, вынужден скомкано завершать маневр. Занять позицию слева от надвигающихся русских броненосцев он теперь не может: в конце поворота на прежний курс 236о крейсер "Идзумо" как раз подставит свой левый борт под форштевень "Князя Суворова". Выход один: продолжать последовательный поворот влево на курс 22о. Последние корабли японского отряда должны в таком случае циркулировать с меньшим радиусом (это возможно, если одна из машин остановлена или временно работает на задний ход). Не забыть надо и о ветре, который дует в правый борт и будет неприятелю помогать.

Но положение отряда не столь безнадежно, как может показаться. Ведь условия, в которых ведет бой "Князь Суворов", еще более тяжелые. Вот почему этот отряд, находясь в арьергарде вступивших в бой главных сил, имеет достаточно возможностей уклониться от нежелательного сближения. Нет никаких оснований предполагать, что кто-либо может помешать японцам. Русские броненосцы, приближаясь к точке поворота главных сил Соединенного флота, тем самым ухудшают себе условия стрельбы. Ни "Александр III", ни "Бородино", ни "Орел" не могут поддержать огнем и маневром действия своего флагмана. Схватка-свалка превращается в бой одного броненосца "Князь Суворов" с 1-м броненосным отрядом Соединенного флота, так как своим корпусом он закрывает 2-й эскадре неприятеля. Да и кормовая башня 12-дюймовых орудий может действовать по броненосцу "Микаса" лишь на седьмой минуте после поворота "Микаса" на боевой курс.

Тем не менее надо признать, что японская сторона будет испытывать большие неудобства. Однако в этом последнем случае русские корабли не приобретают каких-либо особых преимуществ: создавая угрозу в одном, столько же теряют в другом. Тактическая трудность (противоречивость обстановки: чтобы довершить разгром маневрирующих в стесненных условиях концевых кораблей неприятельских отрядов, нужно прорваться или уничтожить заслон из изготовленных к бою и свободно маневрирующих броненосцев и крейсеров) легко разрешима, если рассмотреть ее под классическим углом зрения. Применяя к оценке ситуации известное изречение "стратегия учит нас приносить в жертву все интересы на второстепенном фронте в пользу успеха на важнейшем театре операций"[807], сразу становится понятно, что нужно сосредоточить все внимание, все усилия для разгрома ближайших неприятельских кораблей - его главных силах.

Морская история учит, что в аналогичной ситуации стремление сберечь ядро флота всегда преобладает над внешней красотой маневра. Может быть, не совсем корректно использовать в качестве примера факт из прошлого других государств, но "когда во время Ютландского сражения Германский флот в первый раз в 19 час. 35 мин. внезапно ударился головой в центр развернувшейся боевой линии Английского флота, адмирал Шеер, чтобы спасти свои головные дивизии от обрушившегося на них убийственного огня всей английской линии, был вынужден мгновенно, без всякой предварительной маневренной подготовки, повернуть весь флот вдруг на 16 румбов. В момент этого поворота 16 линейных кораблей Германского флота находились в строе кильватера на столь выпуклой кривой линии, что эта кривая представляла собой почти четверть окружности круга. Несмотря на это, поворот был исполнен под жестоким огнем неприятеля без малейшего замешательства и без столкновения на 16-17 узловом ходе.

Когда после Ютландского боя германский флот около полуночи проходил через арьергард английского флота, состоявший из легких крейсеров и миноносцев, между немецким флотом и английским арьергардом завязался жестокий бой на коротком расстоянии; бешеный огонь противоминной артиллерии, лучи прожекторов, освещающие снаряды, грандиозный пожар взлетающего в воздух английского крейсера "Black Prince", мечущиеся во все стороны крейсера и миноносцы, - создали на месте этого боя неописуемый и грандиозный по своей трагичности хаос; в этот момент несколько немецких крейсеров и миноносцев, спасаясь от английского огня, проскочили на полном ходу сквозь кильватерный строй германских линейных кораблей"[808].

Изучая японскую схему боя, нетрудно подметить одну особенность маневрирования главных сил неприятеля. Два неприятельских отряда не только поворачивали самостоятельно, но и первые 25 минут артиллерийского боя шли несколько порознь. 2-й боевой отряд двигался в 2-3 кабельтовых левее 1-го, не позволяя себе быть ближе к главным русским силам, чем впереди идущие броненосцы. Значит, все ранее указанные частные преимущества, которые получил бы 1-й отряд 2-й эскадры были расчетными, но не фактическими. Таким образом, резкое движение на сближение в строю фронта нисколько не стеснит отряд вице-адмирала Какимуры, потому что расстояния до него будут побольше расчетных.

Предполагать, что в ситуации быстрого сближения японские артиллеристы будут более горячиться, чем их менее опытные русские комендоры, не приходится. Да, стрельба в таких случаях, как говорит опыт войны, у неприятеля становится хуже. Но тем не менее редко когда удавалось русскому кораблю приблизиться на дистанцию, допускающей применение самодвижущихся мин. Всякий раз японцы успевали сделать один удачный выстрел, который и вынуждал атакующего менять планы.

Составляющие ЛОД броненосца "Князь Суворов" (в минутах):

·          "0,0 - 3,5" - учет циркуляции броненосца "Микаса" при его повороте на курс 67о; скорость японского флагмана Vк о = 15 узл;

·          "3,5 - 5,5" - движение флагмана 2-й эскадры курсом 23о и скоростью Vм о = 9 узл после поворота броненосца "Микаса" на курс 67о;

·          "5,5 - 8,5" - учет циркуляции "Князя Суворова" после его поворота влево на курс 293о; увеличение нашими кораблями скорости в конце поворота до значения Vм1 = 18 узл;

·          "8,5 - 10,5" - сближение "Князя Суворова" с броненосцем "Микаса";

·          "10,5 - 11,5" - учет циркуляции "Микасы" при повороте влево на курс 22о; в конце поворота- увеличение скорости до Vк1 = 18 узл.

…Теперь можно конкретно сформулировать первоначальную проблему. Как должен был поступить вице-адмирал З.П.Рожественский: попробовать построить свой 1-й отряд в правильную кильватерную колонну, чтобы противопоставить ей одиннадцать неприятельских броненосцев и крейсеров, или, двинувшись на врага в строю фронта, создавая тем самым трудности 2-му боевому отряду неприятеля (и своему 2-му отряду тоже), попытаться решить участь боя силами одного броненосца "Князь Суворов"?

Вот сейчас можно определенно сказать, что выбора у командующего 2-й эскадры не было: зачем утверждать из двух не слишком удачных маневров менее спорный вариант?

Учитывая соотношение сил, вице-адмирала З.П.Рожественского можно было бы осуждать только тогда, когда он упустил возможность нанести поражение какой-то самой слабой части неприятельского флота. Но противник в завязке боя не дал такого шанса: ни один из японских кораблей не приблизился настолько близко.

Таким образом, ни одна из разобранных схем сближения не может быть признана за рекомендуемый план действий. На мой взгляд, затея с "марш-броском" - предприятие более чем сомнительное. "Разложенный" на планшете маневр не дает никаких надежд варианту боя, предложенному критиками.

Обязательно нужно сделать один акцент: все эти исходные условия должен был вице-адмирал З.П.Рожественский учесть и просчитать в уме за мгновения. Это задача высшей степени сложности.

Кроме того, мы-то знаем, что одновременное увеличение скорости и поворот на курс атаки нашими кораблями 14 мая был невозможен в связи с неудачным завершением перестроения в одну кильватерную колонну русской эскадры, когда чрезмерно сблизились "Ослябя" и "Орел". Их командиры должны были обеспечить, прежде всего, безопасность своих броненосцев.

"Гоняясь" за врагом по Японскому морю, придется бросить свои тихоходные корабли и транспорты на "усмотрение" превосходящих японских легких сил.

Даже будь наши командиры отрядов более осведомлены о планах командующего эскадрой, полезно принять во внимание плохую видимость, которая приведет к тому, что, кораблям, удалившимся на дистанцию более 70 кабельтовых от эскадры, придется потом долго ее искать на море, контролируемом врагом, а не следовать в пункт назначения.

Очень важно, что эти расчеты, хотя и точные, но "бумажные". Самое главное: сумела бы наша эскадра, через две минуты после окончания поворота броненосцем "Микаса", одновременно броситься на неприятеля. Чтобы оповестить корабли "по линии" с помощью флагов требуется гораздо больше двух минут. Передача приказания по радио заняла бы, как тогда считали, четверть часа[809]. (Последний норматив собирательный. Хотя "Инструкция телеграфирования без проводов между судами 2-й эскадры флота Тихого океана"[CLXXXIX] отводила на передачу радиограммы из 25 слов в обычной обстановке около трех минут и в сложных условиях около четырех минут[810], полный цикл прохождения информации включает в себя время полного "движения" распоряжения от флагмана[CXC] до передающей станции и от принимающей станции до адресата.)

То, что японские корабли могли без особого труда идти 18 узлами, сомневаться не приходится. В течение всей войны у неприятельских кораблей было преобладание в скорости. "В японском флоте внимательнейшим образом следят за тем, чтобы корабль никогда не рисковал потерей своей быстроходности"[811], - писал британский наблюдатель Н.С.Сеппинг Райт.

А сколько кораблей 2-й эскадры могли бы дать требуемые расчетами 18 узлов? Этого никто не скажет, поскольку не знает. Как уже упоминалось, за время похода три корабля делали пробный пробег на полном ходу. Скорости остальных кораблей - только формулярные, согласно которым участвовать в атаке, с большим допуском, могут всего пять наших броненосцев (против шести японских кораблей броненосного отряда адмирала Того): "Суворов", "Александр III", "Бородино", "Орел", "Ослябя". Их скоростные характеристики приведены[812] в табл. 46.

Таблица 46

Скоростные характеристики броненосцев "Ослябя" и типа "Бородино"

Условия испытаний и

Название корабля и результаты испытаний

параметры

"Ослябя"

"Бородино"

"Император Александр III"

"Орел"

"Князь Суворов"

Скорость хода, уз.:

- средняя

- максимальная

 

18,00

18,30

 

16,20

.

 

17,34

17,70

 

17,50

18,00

 

17,20

17,50

Водоизмещение на испытаниях, т

 

.

около

14 000

 

13 552

 

13 320

 

13 950

Фактическое нормальное водоизмещение, т

 

12 674

 

14 091

 

14 181

 

14 151

 

.

 

В связи с большой перегрузкой кораблей припасами, сильным обрастанием корпусов в районе ватерлинии (уменьшение быстроходности крейсера "Олег" по последней причине составило около трех узлов[813]) был большой разброс предельных скоростей в день боя. Можно лишь на веру принять от офицеров 2-й эскадры следующие сведения по некоторым кораблям. Максимальные хода были: у "Осляби" - 17 узл[814], у крейсера "Адмирал Нахимов" - 12 узл[815], у броненосца "Сисой Великий" "парадный ход не больше 12 узл."[816] (по мнению старшего судового механика подполковника С.Э.Боровского 2-го - самый полный ход мог быть в 14,5 узл[817]), а миноносец "Блестящий" "на короткое время"[818] мог "дать" скорость 24,5-25 узл, "последний ход, который развил миноносец" "Быстрый" был 22-23 узл[819]. Утром 15 мая "Николай I" - мог дать 11 узл[820], а броненосец "Орел" - не более 15-16 узл[821].

Капитан 2 ранга В.И.Семенов знал о тактических показателях эскадры другое: "Привожу отзывы механиков, с которыми приходилось не раз беседовать: "Суворов" и "Александр III" могли рассчитывать на 15-16 узлов; на "Бородине" уже при 12 узлах начинали греться эксцентрики и упорные подшипники; "Орел" вообще не был уверен в своей машине…"[822].

Настолько ли страшной для врага будет рассмотренная атака? Вот и получается: движение эскадры, исполнение которого и на карте вызывает массу нареканий, в реальном мире совершенно несбыточно.

Японцы, конечно, рисковали, совершая поворот на виду у всей русской эскадры на такой небольшой дистанции, что их флагман был достижим для наших снарядов, а в начальный момент боя и одинок. Маловероятно, чтобы адмирал Того начинал первый маневр из расчета, что противоположная сторона сразу начнет допускать ошибки (см. рис. 7.24).

Придется повторить: совершенно правильно поступил вице-адмирал З.П.Рожественский, что не сделал никакой попытки быстрого сокращения расстояния до неприятеля. Тем более, что помешать японцам завершить (столь теперь видный) непродуманный маневр невозможно. Как раз наоборот, начиная с первой минуты появления на виду 2-й эскадры одиноких кораблей неприятеля, отрядов легких крейсеров, наш командующий не имел права поддаться искушению разбить японский флот по частям.

Позволили бы японские крейсера нашим кораблям "проделать" это над собой? Безусловно, нет: противник, имея преимущество в скорости, уклонился бы от боя. Только в мыслях (или на параде, при "мягком и понятливом" противнике) возможно на одном дыхании отойти от эскадры, также быстро-быстро уничтожить неприятельские крейсера, не получив при этом ни одного попадания, и в "бодром и веселом настроении" вернуться к соединению.

Все, что мог получить 14 мая наш командующий в бесплодных попытках разбить врага по частям - это распылить свои силы и остаться в решительный момент без боевых единиц. (И был бы снова виноватым по одной причине: кроме слов осуждения ожидать еще чего-либо от "общественного мнения" трудно, ибо в его основе всегда лежал жанр вольной критики, обязывающий считать неправильным любой приказ побежденного военачальника.) А главной целью эскадры был и оставался прорыв с боем во Владивосток, а не генеральное сражение за обладание морем. Может быть, какой-нибудь корабль эскадры получит в подобном второстепенном бою повреждения. Тогда, еще до появления главных сил неприятеля, русский адмирал вынужден заниматься организацией буксировочной операции. Скорость движения станет совсем небольшой.

В этой связи можно уже и одобрить действия вице-адмирала З.П.Рожественского, когда он не организовал ближнюю разведку (о дальней и речи быть не могло) впереди по курсу 2-й эскадры в день боя. Условий для проведения "дознавательной" деятельности не было. Наши крейсера были бы сразу нейтрализованы многочисленным противником.

Помимо всего, из частных бесед в Японии русских офицеров с японскими, выяснилось, что по пути движения эскадры были минные поля, на ближайшее из которых сделал попытку завлечь в бою наши корабли крейсер "Идзуми"[823].

Сущность всех упреков однобока: целые десятилетия растрачены на то, что огромной выдержке вице-адмирала З.П.Рожественского и верному пониманию им сложившейся утром 14 мая ситуации пытаются противопоставить здравый смысл, который, если не питается какими-то базовыми знаниями, всегда индивидуален. "У всякого портного свой взгляд на искусство!" - гласит один из афоризмов Козьмы Пруткова. Вот почему, завершая подробный разговор о 2-й эскадре, весьма полезно рассмотреть вопрос о целесообразности участия крейсеров в сборе разведывательной информации утром 14 мая.

Руководящих документов по этому разделу тактики нет. Однако основные положения данной проблемы изложены в серьезной рекомендательной книге "Дозорная и разведочная служба…", автор которой - преподаватель Морской академии Н.Л.Кладо - высказывал не только свою точку зрения, но и широко использовал мысли французских моряков. Сам год издания статьи - 1904 - заставляет думать, что в ней отражены самые свежие взгляды по интересующей теме.

Лейтмотивом произведения являются следующие слова: "Отыскать или открыть неприятеля заблаговременно и, в случае нужды, скрыть от него свои движения - вот для чего при эскадре должны состоять крейсеры.

Для достижения этих целей - или располагать крейсеры в известном порядке вокруг эскадры, увеличивая таким образом ее кругозор по всем или особо выбранным направлениям, или крейсеры отделяются от эскадры с известным поручением на более или менее продолжительное время…

В первом случае, они следуют с эскадрою одним курсом и с тою же скоростью, то есть как бы неизменно с нею связаны и носят название дозорных судов…

Во втором случае, на время отделения своего от эскадры, они получают в зависимости от данного им поручения, большую или меньшую самостоятельность в своих движениях и действиях и называются разведчиками"[824].

Необходимость дозорных судов вокруг 2-й эскадры утром 14 мая, таким образом, сразу отпадает: Соединенный флот искать не нужно, потому что японские корабли уже на виду. Вот три крейсера, идущие впереди, и получают с броненосца "Князь Суворов" сигнал занять новую позицию в глубине общего строя. Как видно, распоряжение вице-адмирала З.П.Рожественского ничуть не конфликтует с рассматриваемым документом. И если формулировка задач крейсеров изложена слишком общо, без деления термина "неприятель" на главные силы, разведывательные корабли и пр., то командующий эскадрой волен толковать фразу так, как считает нужным.

Зато другая часть статьи может стать основой принятия решения. "Если мы избегаем боя, вследствие того, что направляемся в определенный пункт для производства известной операции, мы следуем некоторым курсом, независимым от движения неприятеля… Курс наш постоянен; какие бы сведения мы ни получили о движении неприятеля, мы его изменим только в крайнем случае, а потому нам, сравнительно, бесполезны непрерывные и быстрые известия о движении противника"[825]. Наверное, можно было бы и это место (учитывая результат Цусимского боя) изложить поконкретнее. Но заниматься такой работой должен не вице-адмирал З.П.Рожественский и не 14 мая 1905 г., а особая группа специалистов до начала войны.

Поэтому нельзя делать во всем виноватым и Н.Л.Кладо: одному человеку очень трудно охватить и изложить весь комплекс возникающих проблем (например, не рассмотрено использование в интересах разведки радиотелеграфа). Книга очень полезная, насыщена необходимыми графическими расчетами. Ее автор и сам понимал, что в море многое зависит от складывающихся обстоятельств.

Стремясь избежать боя, вице-адмирал З.П.Рожественский не мог воспользоваться другим советом о посылке на разведку группы кораблей[826] по следующим причинам:

·          каждое подобное тактическое формирование должно иметь в своем составе броненосный крейсер, "так как слабый разведчик не будет допущен до неприятельской эскадры ее разведчиками и дозорными силами без боя, а на поддержку своей эскадры рассчитывать нельзя"[827];

·          нужно еще найти японские корабли, то есть выслать несколько групп по разным направлениям. Тогда кто же останется при эскадре?

Как теперь видно, командующего 2-й эскадрой нельзя упрекать в отсутствии разведки. Что он сделал, нисколько не противоречило отечественным и зарубежным тактическим разработкам.

На этом можно и закончить. Нет особой нужды перечислять все перипетии и пертурбации того дня, поскольку они довольно подробно описаны ранее в литературе о Цусимском бое. Свою неподготовленность личный состав эскадры знал, но "настроение у всех замечалось радостно-спокойное, без излишних иллюзий, но и без трусливых опасений"[828].

Практическое решение тактической схемы - концентрация главных сил на основном направлении удара и артиллерийский бой - заняло у японцев не более получаса, и… "русский адмирал потерял свой номинал", управление силами было полностью утрачено и никаких стремлений восстановить его вице-адмиралом З.П.Рожественским и его штабом предпринято не было. Участь 2-й эскадры была решена. Концевые корабли беспрестанно изменяли свои скорости так, что у артиллеристов "поправка на ход неприятеля… давалась точнее, чем поправка на свой собственный ход"[829]. Стрельба на циркуляции, которую вынуждены были вести броненосцы, также влияла на меткость стрельбы в худшую сторону.

Наши корабли действовали по классическим канонам парусной эпохи: построиться в "линию баталии" и в артиллерийском "споре" на минимальной дистанции решить вопрос, кто кого первым выбьет из строя. Соблюдены все формальные и глубинные признаки устарелой тактики: корабельная организация, боевая подготовка, правила артиллерийских стрельб, утвержденные документами дистанции боя, скорость движения, участие в бою только крупных кораблей - все как во времена "выжимателей ветра". И, как бы символически, даже ветер в тот день был попутным, а наши корабли шли, куда их несло, придерживаясь наветренного положения и одного курса - NOst 23о.

Можно сказать, русская эскадра "прошла сквозь строй"…

Владивостока сумели достичь крейсер 2 ранга "Алмаз" и эскадренные миноносцы "Бравый" и "Грозный".

Ушли в Манилу крейсера "Олег", "Аврора", "Жемчуг". Прибыли в Шанхай миноносец "Бодрый", транспорт "Корея", буксир "Свирь". Транспорт "Анадырь" направился на Мадагаскар. Захвачены "Орел" (госпиталь) и "Кострома". Сдались эскадренные броненосцы "Орел", "Император Николай I", броненосцы береговой обороны "Генерал-адмирал Апраксин", "Адмирал Сенявин", эскадренный миноносец "Бедовый".

Потери 2-й эскадры в людях[830] указаны в табл. 47.

Таблица 47

 

Сведения о потерях 2-й эскадры в Цусимском бою 14-15 мая 1905 г.

Офицеры

Нижние чины

Умерло от ран

Всего

убито

ранено

убито

ранено

офицеров

ниж чинов

 

198

83

4772

795

11

64

5848

Неприятель показал убыль в личном составе Соединенного флота[831], которая приведена в табл. 48.

Таблица 48

Сведения о потерях Соединенного флота в Цусимском бою 14-15 мая 1905 г.

 

 

Погибло

на месте

 

Смертельно

ранено

 

Умершие в

госпитале

Уволено от

службы по

выходе из

госпиталя

Вышедшие

из госпиталя выздоровевшими

 

Вылечилось

на кораблях

Всего

убитыми

и ранеными

88

22

7

51

136

396

700

 

Проверкой читательской эрудиции может стать выдержка из доклада "бывшего германского инженера, майора фон Ганнекена: "…Так как наш флот обладал меньшей скоростью, чем японский, то мы в своих маневрах могли лишь следовать за движениями японцев и старались удерживать наши места, поворачивая нос к неприятелю. Последний обходил вокруг наших судов, описывая широкую дугу, причем все время с обеих сторон продолжался самый жестокий огонь…

Задача японцев, по-видимому, заключалась в том, чтобы держаться на значительном расстоянии… пользуясь преимуществами своего хода и всеми выгодами скорострельной артиллерии. В этом отношении они имели значительный перевес над нашим вооружением.

Наша задача, напротив, заключалась в том, чтобы возможно уменьшить расстояние и пользоваться преимуществами наших орудий большого калибра…

Что касается до маневрирования японского флота, то оно было безупречно… Они постоянно держались на самом благоприятном для себя расстоянии, сохраняя полный порядок и не предпринимая никаких неосторожных и отважных движений, которые могли бы поставить их суда в сферу губительного огня наших тяжелых орудий…

Я заметил, что суда… флота обладают весьма различными скоростями и различной инерцией, вследствие чего и точность маневра при перемене одного строя на другой, и удержание каждым судном своего места были часто весьма затруднительны, особенно ввиду случавшегося часто неправильного понимания или невнимания к сигналам…

Дело началось с выстрела… в тот момент, когда неприятель делал перестроение, и с этой минуты никаких сигналов более у нас не поднималось, ибо одна из первых же гранат, взорвавшись, разрушила… на нашем флагманском судне… сигнальные флаги. После того, как начальный строй флота был нарушен обходным круговым движением неприятеля, все наши суда должны были управляться по собственному усмотрению… Но постоянное круговое движение неприятеля… так расстроило порядок, что несколько раз наши суда мешали своим же судам стрелять…"[832].

Удивительно точное описание иностранцем Цусимского боя. Вот только майор с такой фамилией на 2-й эскадре никогда не служил. А был фон Ганнекен участником морского сражения при устье реки Ялу 5 сентября 1894 г. во время японо-китайской войны. Будущий противник России, не мудрствуя лукаво, ухватив все лучшее в тактике, только аккуратно "применял" полученные знания на своих недругах. Почерк японского флота начал зримо вырисовываться за 10 лет до 14-15 мая 1905 г.

Позволю риторический вопрос: для кого же был напечатан русский перевод в типографии Морского министерства в 1896 г?..

Даже в выводах упомянутого сражения говорится: "В данном случае, мы опять встречаемся с одним из повторяющихся печальных опытов войны, когда руки находящегося на поле сражения главнокомандующего связаны категорическими инструкциями одного лица, или целого собрания людей, находящихся вдали от главнокомандующего…"[833].

 

rss
Карта