Последние месяцы на стапеле

Напряженный ритм работы комиссии нередко продолжали нарушать задержки, связанные с решением вопросов в Петербурге. Уже не раз Э. Н. Щенсновичу, как и ранее М. А. Данилевскому, приходилось дипломатично докладывать, что против стремления Крампа удешевить работы изготовлением всех однотипных деталей одновременно он «бороться не в силах». «Американские заводчики, в том числе и Крамп, делают очень дешево только в том случае, если они хорошо обусловлены 1 и если им предстоит сделать много вещей одновременно, почему они желают получить решение всякого вопроса сразу», — писал Э. Н. Щенснович в мае 1899 г. И в этом-то комиссия часто не находила понимания в Петербурге, ответы приходили, как правило, с опозданием и, случалось, невпопад. Так было, например, с принятыми МТК в мае 1899 г. изменениями в чертежах подъемных и противовесных рам устройства для подачи снарядов. И хотя изменения не затрагивали работ по изготовлению шахт и направляющих, Крамп требовал получения новых чертежей рам в сборе со всем устройством. А их все не удосуживались выслать из Петербурга, и Э. Н. Щенсновичу опять приходилось жаловаться на задержки.

И уже совсем скандальным оказалось дело о броне для прикрытия концевых торпедных аппаратов. На ее необходимость МТК указал еще в мае 1898 г., тотчас после ознакомления с заключенным контрактом. Спешным письмом в Америку адмирал Верховский пытался исправить свою ошибку. После долгих переговоров Крамп назначил 19 апреля 1899 г. крайним сроком этого сверхконтрактного заказа. 26 марта 1899 г. было получено разрешение управляющего Морским министерством на заказ прикрытия торпедных аппаратов из того же материала, что и палубная броня по цене 500 долларов за тонну, а 7 апреля МТК представил технические требования. Но чиновники ГУКиС, переписав эти требования МТК, забыли в письме Э. Н. Щенсновичу указать самое главное — материал брони. И опять он вынужден докладывать П. П. Тыртову, что такие неполные ответы, да еще с опозданием против крайнего срока, назначенного Крампом, ставят комиссию в неловкое положение и могут привести к задержке готовности корабля по вине заказчика. Тогда адмирал Тыртов, забыв о старом решении, принимает новое — заказать броню из обыкновенной судостроительной стали по цене 160 долларов за тонну. Так за собственное недомыслие и халатность руководимых им чиновников адмирал Верховский наказал «Варяг»!

Впрочем, можно было понять состояние начальника ГУКиС, которому несмотря на все гарантии подписанного им контракта то и дело приходилось платить по нескончаемым сверхконтрактным счетам. Помимо палубной брони, за которую доплатили 85 000 долларов, сверхконтрактной была признана стоимость: изготовления и установки беседок, элеваторов и подъемных рам, рельс, поворотных кругов и электродвигателей для устройства подачи снарядов; крепежных болтов для оснований орудийных станков и съемных деталей крепления орудий по-походному; рулевого электропривода, общесудовых динамо-машин и электродвигателей; брони для защиты торпедных аппаратов, динамо-машин паровых катеров, стальных шлюпок, различных запасных частей и электродвигателей. Утверждая этот перечень, в ГУКиС рассчитывали в свою очередь договориться с представителем Крампа в Петербурге генералом Вильямсом о сборке и установке за счет фирмы предметов артиллерийско-минного вооружения. Но пока уговаривали Вильямса, наступил срок заказа, и Щенсновичу ничего не оставалось, как принять названную Крампом цену всех этих поставок — около 70 000 долларов.

Нет смысла приводить здесь полный перечень всех сверхконтрактных платежей. Укажем лишь, что их сумма составила весьма внушительную цифру — 219000 долларов. Более чем вдвое — 489000 долларов — пришлось доплатить за «Ретвизан».

Однако росли не только сверхконтрактные платежи. Из-за различных дополнительных весов увеличилась перегрузка крейсера, в результате чего пришлось уменьшить запас угля. Чтобы предотвратить дальнейшую перегрузку, Э. Н. Щенснович в письме в Петербург просил не допускать превышения веса предметов снабжения и вооружения для «Варяга». Со своей стороны, и Крамп, опасаясь штрафа за переуглубление, установил строгий весовой контроль всех поступавших на «Варяг» деталей. Каждая из них предварительно взвешивалась на специальных весах перед трапом у входа на корабль.

Новые осложнения в строительстве «Варяга» вызвала стачка на заводе Крампа.

В первой половине августа 1899 г. Крамп под предлогом недостатка материалов уволил около 1500 рабочих завода. Среди них оказались все «агитаторы», добивавшиеся увеличения заработной платы или уменьшения рабочего дня. В ответ на это прекратили работу все кузнецы — около 160 человек — и свыше 300 рабочих машинной мастерской 2. Крамп уволил всех забастовщиков и 23 августа объявил о закрытии завода на неделю. Крамп был уверен в скором возобновлении работы. Но расчеты его не оправдались. Стачка совпала с общим подъемом забастовочного движения и вызвала большой отклик в стране. Забастовку поддержала крупнейшая в стране Американская федерация труда, насчитывавшая около миллиона членов. Но не дремали и предприниматели. Владельцы ряда заводов Филадельфии, в том числе изготовлявших по заказу Крампа рулевые машины для русских кораблей, объявили о приеме машинистов на условиях 9-часового рабочего дня. Энергичные меры по расколу бастующих предпринял и Крамп, уже на второй день забастовки получивший около 3000 заявлений от оставшихся рабочих об отсутствии у них претензий к администрации. Беспощадно увольняя всех строптивых и неугодных, всячески ублажая оставшихся, он добился того, что ни один цех не остановился полностью, а часть из ушедших рабочих вскоре вернулась на завод. Однако задержка работ оказалась ощутимой, так как ушли специалисты, которых трудно было заменить — машинисты, сварщики углового железа, клепальщики, модельщики. И Крамп объявил комиссии, что он вправе воспользоваться статьей контракта о продлении срока сдачи кораблей из-за стачки.

Крамп начал вербовать рабочих в других городах, не знавших о забастовке, а против пикетчиков организовал собственные отряды, действовавшие по его словам «с удивительным успехом» 3. Не раз разгорались у ворот завода отчаянные схватки, и полиция всегда защищала штрейкбрехеров. Одновременно, чтобы восполнить недостаток клепальщиков, Крамп приступил к широкой замене ручной клепки пневматической. По всему заводу спешно рыли траншеи, прокладывали трубопроводы, устанавливали компрессорные станции. Наскоро обученных клепальщиков направляли на «Варяг», который спешно готовили к спуску. В стремлении уменьшить расходы Чарльз Крамп начал реорганизацию управления заводом, упраздняя даже должности, занимаемые его родственниками. Несколько раз он распускал слухи о прекращении стачки, вызывая дезорганизацию среди забастовщиков. Средства их между тем иссякали, и часть из них, не выдержав, вернулась на завод. Крамп выиграл борьбу — забастовка лишь задержала, но не остановила строительство кораблей на заводе.

 


1  По-видимому, речь идет о выгодных для заказчика условиях контракта.

2  ЦГА ВМФ, д. 427, оп. 1, д. 322, л. 2.

3 ЦГА ВМФ, ф. 427, оп. 1, д. 323, л. 212.


НазадДалее

 

rss
Карта