Бой у Чемульпо

Навигационно-
гидрографический обзор

"Первая посылка крейсера "Варяг" в Чемульпо"

События, предшествующие бою

События 26 января 1904г.

События в ночь перед бое. Погода

Бой

Действия после боя

Выводы

Примечания

Схемы

Оглавление

 

 

 

 

 

 

События в ночь перед боем

Богатая событиями ночь с 26 на 27 января - основная часть разбора В.Д.Доценко действий капитана 1 ранга В.Ф.Руднева: "…Почему командир "Варяга" отказался от прорыва из Чемульпо? И были ли у него возможности? Во-первых, сработало ложное чувство товарищества - "сам погибай, но товарища выручай". Руднев в полном смысле слова повязал себя тихоходом "Корейцем", который мог развить ход не более 13 узлов. "Варяг" же имел скорость более 23 узлов, а это на 3-5 узлов больше чем у японских кораблей и на 10 узлов больше чем у "Корейца". Так что возможности для самостоятельного прорыва у Руднева были. Причем хорошие… В запасе у Руднева еще одна ночь. Но и она не использована. В последующем отказ от самостоятельного прорыва из Чемульпо Руднев объяснял сложностями навигационного характера. Фарватер в порт Чемульпо очень узок, извилист, а внешний рейд изобилует опасностями. Это все знают. И действительно, заход в Чемульпо в малую воду, то есть в период отлива, очень сложен. Но Руднев как будто не знает, что высота приливов в Чемульпо достигает 6-7 метров. При осадке крейсера 6,5 метров, в полную вечернюю воду все же была возможность прорвать японскую блокаду. Но Руднев не воспользовался и этой возможностью. Он остановился на худшем варианте - прорываться днем в период отлива и совместно с "Корейцем". Это, как оказалось, не лучший вариант. К чему он привел - известно…"[61]. (В.Д.Доценко вновь не оригинален. Такое же мнение, но в других интонациях, было высказано в 1-м выпуске "Иллюстрированной летописи русско-японской войны" за 1904 г. на с. 90.)

Несовместимость некоторых требований заметна сразу. Автор замечаний, признает естественные трудности навигационного характера, которые вынуждены учитывать моряки (французский крейсер, например, при заходе серьезно повредил днище). Ни один корабль не ходит в узкости самыми полными ходами не только ночью, но и днем. Так что наибольшую скорость мог крейсер развить только в открытом море, до которого, как известно, 40 миль водного пространства, вперемешку с островами, отмелями и японскими кораблями.

Карта рейда Чемульпо, представленная в труде Исторической комиссии, достаточно  информативная. Нанесенные глубины позволяют учесть влияние мелководья на маневренные элементы крейсера, а значит, определить максимальную скорость движения "Варяга" на фарватере.

Изобата[IX] максимальной глубины (условное обозначение на картах того времени - пять точек) первого колена фарватера (считая от Чемульпо) соответствует 5 саженям. Если бы рельеф дна рейда Чемульпо позволял картографам "вывести" линию с большими отметками, то она была бы равной 6 саженям (эта цифра является следующей в перечне глубин, а изобата имеет свое условное обозначение). Именно данная величина принята для предстоящих вычислений.

В любом справочнике или учебнике по управлению кораблем есть разделы "Влияние мелководья на волновое сопротивление". В результате наблюдений и теоретических исследований давным-давно[X] установлена зависимость критической скорости корабля при движении на малых глубинах от его осадки:

 

где Vкр - критическая скорость,

g - ускорение свободного падения, фут/с2,

h - глубина моря в районе, фут.

Проведенный по формуле (1) расчет критической скорости для глубины 6 саженей показывает, что курсом на выход в море "Варяг" мог идти скоростью не более 20 узлов. Глубины в 8 саженей, которые позволяют крейсеру развить максимально возможный по проекту ход в 23 узл, начинаются за о-вом Иодольми (с южного направления от него на удалении 21 кбт). Между прочим, чтобы преодолеть скачком критическое значение, надо дать скорость узлов на 5-6 большую указанной. Этого "Варяг" сделать не мог.

Если бы японцы обнаружили (а ночь не была абсолютно темной: на берегу японские военные жгли костры), что наш крейсер снимается с якоря, бой начался бы сразу. В таком случае скорости у всех равны. Длина первого галса - от места якорной стоянки до острова Иодольми - около семи миль. Теоретически ("Варяг" сразу разовьет требуемую скорость) этот путь можно пройти за 21 мин. То есть времени достаточно, чтобы получить массу попаданий. А до желанных глубин, где можно увеличить ход, нужно суметь добраться, чего, как показали последующие события, не произошло.

Критическая скорость 20 узл еще понадобится в дальнейших вычислениях…

Между тем японские корабли расположились поблизости от "Варяга" и "Корейца" (рис. 3.3). "С наступлением темноты японские миноносцы, стоявшие в двух каб. к Ost от лодки, направили свои аппараты в ее борт"[62]. «"Асама" держался к югу от русских судов, будучи готовым ко всякой неожиданности»[63].

Не совсем понятна фраза В.Д.Доценко о тихоходе "Корейце", повязавшем "Варяг" (драматург Б.Шоу говорил: "Никогда не указывайте на ошибки, пока не поймете, как их исправить"). То ли нужно было крейсеру оставить канонерскую лодку одну, а самому прорываться? То ли необходимо уничтожить 13-узловой корабль путем подрыва? (Как станет видно чуть ниже, В.Д.Доценко затопление на рейде не признает.) Последний вариант связан с тем, что все корабли на рейде будут точно знать время открытия боевых действий. А японцы сразу поймут, что крейсер "Варяг" начинает прорыв.

Вообще-то заблаговременное уничтожение корабля есть преступление. До сего часа невысокая скорость корабля ничуть не мешала экипажу исправно получать чины, награды и денежное содержание. Но как только родине потребовалась боевая служба, так сразу нужно "вспомнить", что канонерская лодка устарела?..

Совершенно неверная и опасная логика!

Теперь - по порядку.

Когда "Кореец" стал на якорь, и капитан 2 ранга Г.П.Беляев доложил капитану 1 ранга В.Ф.Рудневу о происшедшем.

Что делать командиру крейсера? Начать "прорываться", как сделал бы В.Д.Доценко?

Но у В.Ф.Руднева есть инструкция от начальников, п. 6-й которой требует "ни в каком случае не уходить из Чемульпо без приказания…".

Кроме этого, нужно и в обстановке разобраться, чтобы принимать решения на основе фактов, стараясь не допускать умозрительных заключений, а тем более, панических настроений.

Во-первых, все события командир "Корейца" изложил в рапорте, являющимся юридическим документом. Об атаке канонерской лодки капитан 1 ранга В.Ф.Руднев "немедленно донес рапортом посланнику и одновременно сообщил консулу для телеграфирования д.с.с. Павлову"[64].

Командир "Варяга" отдал приказ "быть готовым ко всем случайностям"[65], касающийся обоих кораблей. Крейсер и канонерская лодка скрытно приготовились к отражению минной атаки.

"Кореец" остался в Чемульпо. В том была необходимость: японцы могли начать предъявлять претензии. Для расследования инцидента присутствие главного свидетеля от русской стороны необходимо. Очень может быть, что такие соображения дали капитану 1 ранга В.Ф.Рудневу все основания повременить с повторным выходом в море канонерской лодки.

В 19 час. 20 мин. началась высадка японских войск на берег. Со стороны корейцев сопротивления оккупантам не последовало. Русские моряки японцам препятствий не чинили, руководствуясь п. 2 инструкции.

Затем В.Ф.Руднев справедливо решил добиться от японской стороны каких-то объяснений (рассматриваемый эпизод в японском официальном труде о войне напрочь отсутствует). Для этого он пошел не к командиру старшего японского крейсера (контр-адмирал Уриу покинул рейд и скрылся в шхерах), а к старшему на рейде - командиру крейсера "Тэлбот" капитану 1 ранга Бэйли. Рискованное это предприятие - подниматься на борт враждебно настроенного корабля, чтобы задавать вопросы. Можно и в заточении оказаться. Лучше действовать через посредников.

Капитан 1 ранга В.Ф.Руднев предложил капитану 1 ранга Бэйли "съездить на старшее японское судно, чтобы заставить командира его поручиться за свои суда в смысле неприятия каких-либо враждебных действий на рейде. Командир "Тэлбота" немедленно уехал и по возвращении на "Варяг" сообщил свой разговор:

"Я приехал как старший из командиров судов, стоящих на рейде, к Вам как старшему из японских командиров, предупредить:

1).          Мы стоим на рейде нации, объявившей нейтралитет, следовательно, рейд безусловно нейтральный, и никто не имеет права ни стрелять, ни пускать мины в кого бы то ни было. Я Вам объявляю, что в то судно, которое это сделает, все равно какой нации, я первый начну стрелять. (Японец был крайне удивлен, даже спросил: "Как, Вы будете в нас стрелять?" - "Да, я буду, так как совершенно готов открыть огонь".);

2).          Вы должны сделать распоряжения по своему отряду и сделать сказанное известным. (Японец согласился, но спросил: "А вдруг русские начнут стрелять?" Английский командир повторил о своем обязательстве взять на себя ответственность за суда интернациональной эскадры);

3).          Вы должны допускать все шлюпки свободно к берегу, где не должно быть никаких препятствий к высадке;

4).          Вы можете высаживать войска, так как это дело ваше и до нас не касается;

5).          В случае недоразумения с какой-либо нацией, прошу Вас приехать ко мне на судно, я приглашу командира той нации и сам буду разбирать дело".

В заключение, на вопрос командира по поводу стрельбы в "Кореец", японец ответил, что не знает о случае, что это недоразумение и, вероятно, даже ничего не было"[66].

Запись беседы командиров крейсеров "Варяга" и Тэлбот" показывает, то японцы совершенно не подготовились к подобному развитию действий.

Во-первых, конфликт не стал частным делом двух стран, разросся и в него был втянут представитель Великобритании. Во-вторых, русские получили гарантии, что ночью японцы не предпримут враждебных действий. В противном случае им невозможно будет обосновать свои решения, а тем более, выглядеть непричастной стороной. В-третьих, отсутствие контр-адмирала Уриу на рейде, тоже сыграло положительную роль потому, что отдельный японский командир вынужден был принимать решения не своего уровня. Естественно, им был выбран наиболее бесхитростный вариант. В-четвертых, поведение японского офицера целиком соответствует реакции провокатора, когда ему в лицо говорят о неблаговидности поступков, называя вещи своими именами. (Неожиданный вопрос об атаке "Корейца" не стимулировал японскую сторону как-то сразу доказать свою невиновность. Проще всего было сразу вызвать командира отряда миноносцев с объяснениями, затем осмотреть корабли обеих сторон, создать комиссию и т.д.) В подобной ситуации самым предсказуемым будет ответ: "Не видел и не знаю".

"Дипломатия" капитана 1 ранга В.Ф.Руднева была результативной, упредила возможные враждебные действия ночью. Но чтобы не инициировать японскую сторону на очередные "подвиги", следовало точно выдержать все договоренности, простоять до утра на рейде, не предпринимая никаких попыток переменить место. Иначе любой маневр японцы немедленно посчитали бы "актом агрессии" и применили для "самообороны" оружие. Дело, совершенное под покровом ночи, утром легко представить в ином свете. Явные и скрытые союзники в это немедленно поверят.

Ночь прошла без каких-либо происшествий; на русских кораблях велось наблюдение за обстановкой, расчеты спали у орудий.

В 2 часа 27 января один японский миноносец ушел в море.

Также "в 2 ч. ночи стало известно, что всех русских согнали в один дом и приставили караул"[67].

"В 4 час. 50 мин. утра пришел с моря японский миноносец, и было слышно, как с него передавались голосом на японские крейсера какие-то приказания.

В 5 1/4 час. утра два японских транспорта ушли в море.

В 7 час. 15 мин. утра ушла в море японская эскадра, но "Чиода" остался на якоре.

В 8 1/2 час. утра ушел в море последний японский транспорт.

В течение ночи, по сведениям с берега, высажено в Чемульпо 3000 чел. десанта…"[68].

"26 января на пароходе "Сунгари" прибыл из Шанхая американский военный агент, который сообщил о начале военных действий на следующий день.

Извещение о сем было передано командиру "Варяга" письмом от командира "Корейца" 27 января 1904 г.: "…Война должна быть объявлена сегодня"[69].

Слухов - превеликое множество. Но нет ни одного известия от начальников! "Кореец", "Варяг" дипломатические миссии в Сеуле и Чемульпо, которые были на самом пике политических событий, вынуждены были ожидать развязки событий…

Погода

По русским источникам: "погода была теплая, пасмурная и штилевая"[70].

По японским источникам: "в этот день была ясная погода, и прозрачный воздух и хотя дул легкий юго-восточный ветер, но волны не было"[71].

 

 

 

rss
Карта