ГЛАВА XI

БОИ 14 АВГУСТА 1904 г. НА ПАРАЛЛЕЛИ ФУЗАНА. ГИБЕЛЬ КРЕЙСЕРА «РЮРИК»

(Схемы 12, 13 и 14)

Общая обстановка. Последние дни июля на главном театре войны ознаменовались решительным приближением японской осадной армии к Порт-Артуру.

В течение непрерывных боев с 26 по 28 июля японцы сбили русские войска с их позиций. Ряд высот господствующих над Порт-Артурской морской базой, оказались в руках осаждающих.

Установленная на так называемых Волчьих горах японская осадная артиллерия начала с 7 августа бросать свои первые снаряды по артурскому бассейну и выходу из него.

В первый же день бомбардировки два японских снаряда попали в флагманский броненосец «Цесаревич». В адмиральской рубке «Цесаревича» был легко ранен осколком в плечо командующий Порт-Артурской эскадрой Витгефт.

В ночь на 7-е была получена телеграмма главнокомандующего с требованием скорейшего выхода эскадры во Владивосток.

Бомбардировка русских кораблей осадными орудиями продолжалась 7, 8 и 9 августа. Русские корабли один за другим стали получать повреждения.

Броненосец «Ретвизан» получил семь снарядов,1 «Пересвет» — два снаряда.

С утра 10-го Порт-Артурская эскадра, за исключением нескольких поврежденных кораблей, начала выходить в море.

Около полудня эскадра вступила в первый в этот день артиллерийский бой с японской эскадрой, а после 16 часов во второй.

В итоге этих боев русская эскадра, потеряв своего командующего (Витгефта), была расстроена, большая часть кораблей возвратилась в Порт-Артур. Броненосец «Цесаревич», крейсеры «Аскольд» и «Диана» и несколько миноносцев укрылись в нейтральных портах и были разоружены. Крейсер «Новик», обойдя вокруг японских островов, добрался до южной оконечности о-ва Сахалин, где он, настигнутый японцами, получив в бою с ними повреждения механизмов, был взорван своим личным составом у поста Корсаковский (ныне японский порт Отомари).

После боя 10 августа Артурская эскадра, как организованное целое, практически перестала существовать. Дальнейшие ее действия свелись к оказанию помощи порт-артурскому гарнизону. Пушки и команды свозились на берег, где занимали места на фортах и в окопах сухопутного фронта.

Владивостокский отряд после возвращения из июльского крейсерства. Крейсеры вернулись из длительного крейсерства на тихоокеанских сообщениях Японии 1 августа и приступили к подготовке к новому походу.

Ряд дефектов в механизмах «России» и «Рюрика», долгое время не имевших надлежащего ремонта, неисправность рулевого привода у «Громобоя»—все это требовало бы более длительной стоянки во Владивостоке. Однако, при создавшейся обстановке это не было возможным.

Главное назначение крейсеров в этот период понималось командующим флотом Скрыдловым в виде «отвлечения на них части японских судов при прорыве Порт-Артурской эскадры». Поэтому он считал нужным отправить крейсеры, лишь только они будут готовы, против отряда Камимуры.

«Для успеха, — телеграфировал Скрыдлов наместнику, — крайне важно знать время выхода адмирала Витгефта».

Однако, это требование было почти невыполнимым. Как это уже мы видели в предыдущих главах, отсутствие быстрой связи с того момента, когда Порт-Артур был отрезан японскими войсками, было одним из наиболее слабых звеньев в планировании морских операций русских. Еще перед июльским походом крейсеров в Тихий океан 11 июля Скрыдлов телеграфировал наместнику, что точная договоренность между Владивостокской и Порт-Артурской эскадрами невозможна, вследствие отсутствия прямых сообщений, но «тем не менее Владивостоку необходимо знать, хотя бы в общих чертах, план адмирала Витгефта и время предположенного выхода....»

Адмирал Скрыдлов полагал, что деятельность Владивостокского отряда должна заключаться в отвлечении на себя эскадры Камимуры путем соприкосновения с ней, хотя бы для этого пришлось итти в Желтое море, чтобы при прорыве адмирала Витгефта Камимура был без угля, а его миноносцы или уничтожены, или измучены.

На эту телеграмму наместник в свое время (12 июля) ответил, что вследствие большой пробоины исправление броненосца «Севастоноль» (подрыв на мине. — В. Е.) предполагается окончить около 22 июля, что выход эскадры не может состояться ранее 23 июля «за исключением случая, если бы чрезвычайные обстоятельства заставили эскадру выйти, не ожидая готовности «Севастополя». 2

Теперь эти чрезвычайные обстоятельства, в виде снарядов японской осадной артиллерии, наступили.

11 августа Скрыдлов получил телеграфный приказ наместника о высылке крейсеров:

«Эскадра вышла в море, сражается с неприятелем, вышлите крейсеры в Корейский пролив».

Из телеграммы не были известны ни точное время выхода эскадры, ни твердые намерения Витгефта. Отсюда—неопределенность условий встречи его с Владивостокским отрядом, нашедшая отражение в полученной Иессеном инструкции. Отсюда, в известной степени, и последствия в виде происшедшего через два дня боя русских крейсеров с превосходными силами японцев, закончившегося гибелью «Рюрика».

Инструкция, данная Иессену Скрыдловым, говорила следующее:

1. «Весьма экстренной и секретной телеграммой № 2665 от 29-го июля, отправленной из Мукдена в 8 часов утра (по петербургскому времени), наместник сообщил мне следующее: «Эскадра вышла в море, сражается с неприятелем. Вышлите крейсеры в Корейский пролив».

2. Неизвестность намерений адмирала Витгефта, т. е. прорываться ли во Владивосток или возвратиться после боя в Порт-Артур, а равно и неизвестность времени выхода эскадры из Порт-Артура делают затруднительным определить, может ли вообще и если может, то в какое время произойти встреча вверенного Вам отряда с эскадрою адмирала Витгефта.

3. Цель посылки вверенного Вам отряда состоит в следовании на соединение и на помощь эскадре адмирала Витгефта, по присоединении к которой имеете поступить под его команду.

4. Момент отправления телеграммы 8 часов утра петербургского времени (соответствует 2 часам дня местного владивостокского времени) показывает, что если бы адмирал Витгефт и вышел во Владивосток в момент отправления телеграммы, а не ранее, он пройдет Корейский пролив на север ранее, чем вверенный Вам отряд подойдет к проливу с севера, почему встреча Ваша при таких условиях может произойти только к северу от Корейского пролива.

Более вероятно, что адмирал Витгефт вышел значительно ранее отправления телеграммы, почему, если он направился во Владивосток, то находится в Японском море и на пути к названному порту. Отсутствие адмирала Витгефта на названном пути должно служить указанием, что или адмирал Витгефт вовсе не вышел, или направился по неизвестному, необычному пути.

5. Исполняя, положенное в основание возложенного на Вас поручения, требование — итти навстречу адмиралу Витгефту и не имея основания встретиться с ним к югу от Корейского пролива, Вы в случае, если не встретите адмирала Витгефта до параллели Фузана, Далее к югу итти не должны.

6. К параллели Фузана следует подойти рано утром и крейсеровать на этой параллели на пути судов, идущих на север до 3—4 часов пополудни, после чего полным 15—17-узловым ходом возвращаться во Владивосток.

7. Если около Фузана усмотрите эскадру адмирала Камимуры, то, не вступая с ней в бой, должны отвлекать ее на север в погоне за собою.

8. В случае, если за неприятелем обнаружится преимущество в ходе, предоставляется выбросить за борт часть топлива и пресной воды.

10. Никакими посторонними задачами, кроме чисто военных, Вы не должны отвлекаться.

11. Основные взгляды и требования мои известны из моих предшествующих инструкций Вам и адмиралу Безобразову.

12. В случаях, не предусмотренных этой инструкцией, имеете поступить наилучшим образом на основании Вашей обширной морской опытности».

Выход крейсеров из Владивостока и поход к месту боя

Указанная выше телеграмма наместника на имя Скрыдлова (в ночь на 11 августа) о выходе Порт-Артурской эскадры и ее бое с японским флотом застала Владивостокский отряд в состоянии неподготовленности к выходу в море: «Громобой», чинивший рулевой привод, находился в суточной готовности, «Рюрик», у которого были разобраны холодильники,— в двенадцатичасовой. Приступили к форсированным работам.

В 2 часа ночи (на 12-е) командующий отрядом получил инструкцию командующего и, одновременно, копию телеграммы командира порта из Порт-Артура о том, что эскадра вышла во Владивосток 10 августа.

Снявшись с якоря в пять часов утра 12 августа, отряд, к началу десятого часа, пройдя через Амурский залив по протраленному створу отпустил сопровождавшие его миноносцы и вышел в открытое море.

В 9 ч. 30 м., державшееся до этого момента в тайне от корабельного личного состава, известие о выходе Порт-Артурской эскадры было сообщено сигналом с флагманского крейсера. Выйдя навстречу Витгефту, Иессен должен был спланировать свое движение на юг, имея лишь указанное неточное сообщение о выходе эскадры 10 августа.

Рассчитав, что момент утренней полной воды в этот день для Порт-Артура соответствовал 9 ч. 30 м., он пришел к заключению, что эскадра тронулась в путь в полдень 10-го. Проложив по карте предполагаемый путь эскадры и принимая различные возможные средние ее скорости, а свою скорость считая за 12 узлов, он рассчитал (схема 12), что в случае 12-узлового хода артурских кораблей встреча с ними может произойти в 13 часов 13 августа в районе о-ва Мацу сима (Дажеелет), а при условии меньших скоростей их—соответственно южнее (как это и показано на схеме). Так, при скорости 11 узлов встреча могла иметь место приблизительно на параллели 37° при 10 узлах — в широте о-ва Оки, а при 9 — в расстоянии около 70 миль от северной оконечности Цусимы. В этом пункте отряд должен был находиться сейчас же после полуночи на 14-е.

Конечной южной точкой похода предполагалась параллель Фузана, на которую по расчетам отряд должен был притти в 5 часов утра 14 августа.

Проложив курс, считавшийся наиболее вероятным для перехода во Владивосток эскадры Витгефта (от о-ва Цусима к о-ву Аскольд), отряд направился ей навстречу курсом 196°, следуя в течение светлого времени 12 августа в строе фронта с промежутками между кораблями в 20 каб.

На ночь крейсеры перестроились в кильватерную колонну, а с рассветом следующего дня опять пошли строем фронта, увеличив интервалы сначала до 30, а затем до 50 каб.

Незадолго до полудня на горизонте впереди курса была обнаружена парусная шхуна. В соответствии с инструкцией ее оставили без внимания.

Несмотря на ясное небо, горизонт к востоку был застлан мглой, и о-в Мацу сима «казался облаком». Его траверз прошли в 13 ч. 30 м.—в расстоянии 15 миль от острова.

Незадолго до этого, считаясь с возможной встречей тумана, Иессен с «России» по радио дает следующие указания остальным двум крейсерам:

«В случае тумана немедленно вступить в кильватер «России», которая неизменно сохранит свой курс и ход, и показывать свои позывные свистками. В случае разлучения итти до параллели Фузана, затем повернуть обратно во Владивосток, куда итти 15-узловым ходом».

Перед наступлением темноты, около 13 часов, отряд опять перестроился в кильватерную колонну, начал разводить пары во всех котлах, лег на курс S и уменьшил ход до 7 узлов.

Наступила ясная ночь; погода была почти штилевой.

В течение истекшего дня в котельном отделении «России» произошло повреждение. Сломался клинкет, а вследствие этого четыре из 32 котлов крейсера оказались выведенными из строя. Авария по непонятной причине осталась недоведенной до сведения командующего отрядом и его штаба. Случай сделался известным только во время боя или даже после него.3

К исправлению повреждения не было приложено достаточно энергии, в результате чего в последовавшем вскоре бое мощность механизмов флагманского корабля была снижена на 12%. Это сказалось соответственно и на скорости полного его хода.


1 Один из них причинил подводную пробоину, через которую корабль принял около 500 тонн воды.
2 «Севастополь» все-таки успел зачинить свою пробоину. Зато оказался подорванным на японской мине единственный в эскадре броненосный крейсер «Баян».
3 Исторический журнал крейсера «Россия», стр. 215-216.

ОглавлениеДалее

 

rss
Карта